Читаем Рондо смерти полностью

Аркадий ушел, а я сел в машину на нагретое солнцем сидение и достал свои бутерброды и термос кофе. "Крепкий, однако, этот парень, - подумал я, вспоминая, как много выпил он накануне вечером. - Сливая мне, держал полную десятилитровую канистру на весу одной рукой, как будто это легкая кружечка, и даже пальцы не дрожали". Я отвинтил пластмассовую крышку-стаканчик и налил в нее немного кофе. В литровом термосе плескалось его не так-то много, стакан, не больше. Остальной объем сосуда был заполнен килограммовым зарядом мощной взрывчатки, а днище служило для установки нужного момента воспламенения детонатора - достаточно было повернуть его на определенный угол.

Пережевывая бутерброд и запивая его маленькими глотками, чтобы растянуть процедуру принятия пищи подольше, я вспоминал: за поворотом, примерно в полутора километрах от того места, где мы сейчас находились, должен быть старый виадук, построенный еще в конце прошлого века. Он связывал проходившее по узкому искусственному карнизу правого склона долины шоссе с противоположным склоном, со старой грунтовой дорогой. Когда-то она вела к многолюдным горным аулам и была, вероятно, оживленной, но после того, как началась кампания переселения горцев на якобы более плодородные низменные земли, селения эти опустели, и дорога обезлюдела, виадук заржавел, пришел в ветхость. Им пользовались изредка лишь охотники да туристы, военно-стратегического значения он не имел, поэтому, его не ремонтировали уже много лет. Но я верил в надежность старых мостов инженеры и строители работали тогда на совесть, а их творения были сделаны с большим запасом прочности.

Поев, я поставил термос у своих ног, слева от педалей. Потом достал из бумажника визитку и сложил ее вчетверо. Оглянулся, мои "пассажиры" все еще были возле кухни. Я перегнулся через правое сидение, открыл дверцу, расположенную справа, и вложил визитку в гнездо замка. Проверил: дверца закрывалась как будто плотно, но достаточно было сильного толчка, чтобы она распахнулась.

Через полчаса вернулись мои попутчики, веселые, с раскрасневшимися лицами. Наверно, они не ограничились компотом, который, как положено, давали на третье, а добавили кое-что покрепче из личных запасов. Что ж, им не сидеть за рулем, имеют право. Мне же это было только на руку. Салон наполнился запахом спиртного.

Не успели они рассесться, как прозвучал сигнал к началу движения. Как только мы тронулись с места, я потянул кнопку на приборном щитке, в капоте под ветровым стеклом приоткрылся воздухозаборник, и струя свежего воздуха приятно повеяла мне в лицо, выходя затем в полуопущенное стекло левой дверцы. Атмосфера в салоне "мустанга" заметно посвежела.

- Опусти стекло совсем, жарко! - похлопал меня по плечу, наклонившись вперед, один из "пассажиров" на заднем сидении. Я повернул голову и смерил его таким взглядом, что он отшатнулся и замолчал, поняв дистанцию, отделяющую рядового бандита от особы, приближенной к руководству Организации. Остальные, оживленно о чем-то болтавшие, заметив эту немую с моей стороны - сценку, переглянулись и притихли.

Вскоре я увидел впереди и слева решетчатую ферму виадука. Его состояние не вызвало у меня энтузиазма, такой он был ржавый, так много распорок и скреп в его ажурной арке держались на одном конце или вообще отсутствовали в тех местах, где по всем законам сопромата и симметрии им надлежало быть. Но приходилось рисковать, другого шанса оторваться от колонны могло и не представиться.

Я сунул руку в карман и нащупал баллончик, трофей Мгера, который я вместе с пистолетом вынул из сумочки Клавы. Когда моя машина почти поравнялась с въездом на виадук, представлявшим теперь собой заросшую травой и едва протоптанную посредине тропинку, где не оставалось и признака колеи, следов от колес машин или хотя бы арбы, я резко повернул руль налево.

Мои "пассажиры" в первый момент не сообразили, что происходит сказывалось вчерашнее возлияние и сегодняшняя "добавка", притупившая их реакцию. Когда они пришли в себя от моего неожиданного маневра, было уже поздно, "мустанг" влетел на виадук. Центробежная сила во время этого резкого поворота заставила сидевшего справа бандита навалиться на дверцу, она распахнулась, я подтолкнул его, и он, сломав спиной проржавевший прут ограждения, исчез в голубой дымке пропасти. В следующее мгновение остальные получили в открытые от изумления или негодования рты и широко вытаращенные глаза хорошую порцию газа. Помешать мне они после этого уже были не в силах, и все те считанные секунды, пока я вел машину по вибрирующим доскам настила, сквозь громыхание и треск я слышал, как они, задыхаясь, кашляют у меня за спиной. Струя воздуха, которая выходила из заборника, предохраняла меня от действия моего собственного химического оружия, к тому же я успел задержать дыхание.