Читаем Рондо смерти полностью

Я чувствовал, как он пытается заставить меня принять его точку зрения, глотнуть, хотя бы мысленно, опьяняющий воздух этой бескрайней "степной свободы". Видно очень уж я был ему нужен, если он занялся моей психологической обработкой. Но неужели он думает, что меня можно сбить с толку такими рассуждениями, как какого-нибудь пятнадцатилетнего мальчишку, глаза которого застилают вызванные половыми гормонами видения? Эту философию "вседозволенности" мы уже проходили. Да и не верил я в его искренность. В конце концов, даже если следовать его принципам, все упирается в обыкновенный эгоизм. Он использует меня для осуществления своих замыслов, своей "воли" и выбросит, как выжатый лимон. Каждый за себя - вот логический венец всех его разглагольствований... Черт, неужели я на секунду поддался его внушению?! Если нет, то чего же я так беспокоюсь, пытаюсь найти возражения?

Трижды мигнувшее освещение и мелодичный звон указали, что перерыв окончен.

20

Есть прелесть в том,

Когда две хитрости столкнутся лбом!

В.Шекспир

Теперь я знал. И так велика была тяжесть этого знания, что я сидел, тупо уставившись в окно, стекло которого заливали потоки дождя. Прошел день, за окном начали сгущаться сумерки, дождь затих. То здесь, то там вспыхивали на темных громадах зданий желтые прямоугольники окон, красными точками мелькали на еще не освещенных улицах тормозные огни автомашин, где-то за деревьями парка, за поблескивающими после дождя скатами крыш старых домов голубым полотнищем мигала электросварка. Ну вот, теперь я знаю... Что-то разладилось во мне, раз полученная важная информация не вызвала немедленную ответную реакцию, не стала сигналом для быстрых решений и решительных действий. Мысли ворочались в голове медленно, как перекатывающиеся серые каменные глыбы, вместо того, чтобы четко и быстро крутиться наподобие часовых шестеренок, цепляясь друг за друга зубчиками ассоциаций и логических связей. Может быть, сказывалась нагрузка последних дней? Но со времени поездки в Норвегию, я успел отдохнуть от смертельных схваток с убийцами, передающими меня друг другу, как эстафетную палочку. Голову я тоже не слишком загружал, отложив на время попытки разгадать шифр и прочесть записку, указывающую место, где был спрятан "Суассон". Я надеялся, без особых, правда, на то оснований, как-нибудь заполучить вторую часть кодового числа, известную моим новым знакомым, раз уже они оказывают мне все больше и больше доверия. Вероника была в относительной безопасности. Вроде бы тишь да гладь на всех направлениях. И к неожиданностям, большинство которых в силу моих занятий бывали неприятными, я привык. Но это...

Я нерешительно взглянул на телефон. Связываться с руководством? Но мой номер наверняка прослушивают. Да и чем мне поможет мой "парашютист" начальник! Я вспомнил его лицо, взгляд зеленоватых глаз, и меня передернуло при мысли, что придется лететь в Москву, долго ему все докладывать и объяснять, "как я докатился до жизни такой", выслушивать его укоры и указания, основанные на банальнейших представлениях о методах нашей работы, почерпнутых, вернее всего, из "книжек про шпионов", которые он читал в детстве, ловить сочувственные взгляды всепонимающих коллег...

Не будем спешить, сперва попробуем оценить, что представляет собой противник, с кем придется "скрестить шпаги".

То, что у нас повсюду существуют региональные кланы мафии известно давно, хотя официально до недавнего времени это было "табу" для наших средств массовой информации. Прежде эти кланы держались особняком, ревниво охраняя свою территорию и специфическую сферу деятельности. Структура такого клана стала почти стандартной. С небольшими вариациями она обычно такова: центр управления или "мозговой центр", возглавляемый "шефом" или "боссом", экономические отделы, питающие весь клан (подпольные предприятия, торговцы, спекулянты, скупщики, распространители и так далее), "налоговые органы" - рэкетиры, мобильная группа боевиков для охраны территории и защиты "своих", для выполнения "деликатных" заданий руководства, вроде устранения соперников или предателей. Кроме того, существуют органы связи, осуществляющие контакты с коррумпированными представителями государственных учреждений, курьеры, разведка, технический отдел. В небольших кланах некоторые подразделения совмещают функции, например, рэкетиры могут одновременно быть боевиками, органы связи выполнять роль курьеров и тому подобное. Некоторые кланы, напротив, весьма мощны и сложны, обладают значительным финансовым и боевым потенциалом и имеют более сложную структуру.