Читаем Романы Романовых полностью

В разговорах с Елизаветой запрещалось говорить о болезнях, смерти и красивых женщинах (вот оно, тщеславие красавицы!). Интересно, что императрица была не в меру религиозна – она могла простоять в церкви на коленях много часов подряд, ходила пешком на богомолья, причем походы на богомолье у нее могли тянуться неделями и даже месяцами. Дело было в том, что, доходя до определенного места пешком, она могла в любой момент прервать паломничество и поехать отдыхать или заняться другими, более интересными делами; потом ее опять привозили к тому месту, где она прервала паломничество, и дальше она опять шла пешком. Во время постов Елизавета питалась квасом и вареньем, а на масленицу могла съесть две дюжины блинов. Говорят, что Разумовский приохотил Елизавету к жирной украинской пище, отчего она якобы располнела – но пышными формами в XVIII веке гордились, и дородное тело было признаком благосостояния. Русский придворный стол отличался изобилием, и наши самодержцы ничем в пище себя не ограничивали. Например, Екатерина II и слушать не желала о какой-либо диете – ела все подряд. Лишь на рубеже XVIII–XIX веков в моду постепенно вошла подтянутая фигура, а лишний вес начал считаться признаком лени или болезни. Да и по портретам Елизаветы видно, что это была императрица-пышка с весьма соблазнительными формами. Обычно она спала до 12 часов дня, перед сном любила, чтобы ей чесали пятки.

Интересна перлюстрированная переписка де ла Шетарди с французским двором: «Мы здесь имеем дело с женщиной, на которую ни в чем нельзя положиться… Каждый день занята она различными шалостями: то сидит перед зеркалом, то по нескольку раз в день переодевается, – одно платье скинет, другое наденет, и на такие ребяческие пустяки тратит время… Ее лучшее удовольствие – быть на даче или в купальне… Что в одно ухо к ней влетит, то в другое напрочь вылетает». Нелестная, скажем прямо, характеристика императрицы. А зачем же тогда, спрашивается, тот же самый Шетарди подбивал ее на совершение дворцового переворота? Лукавит, маркиз, еще как лукавит! Это правда, что Елизавета забывала даже самые важные дела, путала подробности и отвлекалась по пустякам. Просто у нее была избирательная память – важные для нее вещи (балы, маскарады и прочее) она помнила, а неважные в ее понимании дела, как то: государственные заботы, забывала. Уже в 1742 году канцлер Бестужев жаловался саксонскому министру на беспечность и рассеянность императрицы. Среди занимавших ее удовольствий Елизавета с трудом находила время для чтения бумаг и выслушивания докладов. Важнейшие документы неделями ожидали подписи государыни.

Современник Елизаветы поэт Г. Р. Державин так отозвался о ее правлении: «Царствование императрицы Елизаветы век был песен». Историк В. О. Ключевский заключил, что «…с правления царевны Софьи никогда на Руси не жилось так легко, и ни одно царствование до 1762 года не оставляло по себе такого приятного воспоминания». Этим сказано все – царствование императрицы Елизаветы, по меркам того жестокого времени, было действительно легким и приятным.

Немного о той обстановке, в которой жила Елизавета, – о ее дворе. По замечанию А. Бушкова это был странный Двор: при всей его веселости он был донельзя неуютным. Солдаты из охраны, лейб-кампанцы, говорят императрице «ты». Прислуги в первую половину дня вообще не дозовешься, а когда она появляется, пьяная и своевольная, то когда слушается, а когда и нет. Полы во дворце и стенные панели грязные, на столах – горы немытой и неубранной посуды. По углам воняло – это гнили груды объедков, всюду блевотина, нечистоты. Найти место для ночлега невозможно, даже если ты и званый гость – во всех постелях и прямо на полу дрыхнут пьяные. К вечеру дворец оживал, накрывалась часть столов, при этом грязная посуда просто сдвигалась в сторону либо вообще сбрасывалась на пол; вместо нее появлялась новая. Появлялась еда и выпивка, и шумное веселье продолжалось до утра. Везде шлялись какие-то приблудные личности, и не всегда было понятно, кто это – граф или князь или просто рвань кабацкая, пришедшая к прислуге погостить. Прислуга и «кампанцы» сидят за одним столом с государыней, орут песни, выпивают – в общем, полная демократия! Известен случай, когда Екатерина Алексеевна (будущая Екатерина II) чуть не умерла после родов. Она лежала в своей постели одна, и даже некому было принести ей воды. Появился, правда, какой-то лакей, да и тот пьяный, выслушал приказание, ушел, да так и не вернулся. Двор императрицы в это время был очень занят – праздновали появление на свет наследника Павла Петровича, которого родила Екатерина! Так проходили годы. Зато было весело!