Читаем Романов #03 полностью

— До завтра, — вполне вежливым тоном сказал я, и Марков положил трубку.

Что же, радует, что мне не пришлось намекать на возможное участие царя в нашем диалоге. Генерал явно не глупец и понимает, что отказываться от встречи со мной для него чревато.

Но это не отменяло того факта, что разведка облажалась уже дважды. Возможно, тюрков предупредили, в конце концов, не только мы с генералом над этим вопросом трудимся, но и, как минимум, куча аналитиков обязана быть подключена к разработке операций. Кроме того, нельзя списывать со счетов и саму Османскую империю. Шейхи тоже не дураки, и в вопросе интриг у них опыта намного больше, чем у нас.

Хорошо бы генерал и сам понимал, что дело идет неважно. Не хотелось бы считать его умнее, чем он есть. С таким-то званием и должностью Марков должен быть грамотным специалистом. Но завтра вечером при встрече все и обсудим.

До самого особняка я смотрел на треснувшее стекло шлема и лишь на территории дома захлопнул ящик с броней. Закрыв гардеробный отсек, кивнул водителю и покинул машину.

Снаружи было прохладно, но не холодно. Как раз то, что нужно, чтобы немного развеяться после боя. Слуга открыл мне двери, и я передал ему свой плащ, а сам направился в свои покои.

— Кристина, ты чего не спишь? — спросил я, разглядывая помощницу, сидящую перед монитором на рабочем месте.

Дисплей был единственным источником освещения в гостиной, и свет от него выгодно подчеркивал лицо моей Слуги. Кристина подняла на меня взгляд и ткнула пальцем по клавишам.

— Прислали доработанную после наших правок версию «Оракула», — сообщила она. — КИСТ сильно расстроился нашему отзыву, княжич.

Я усмехнулся, скидывая пиджак на свободное кресло.

— Ох уж эти творцы с их тонкой душевной организацией, — произнес я, после чего вновь обернулся к помощнице. — Они внесли изменения?

Кристина неопределенно тряхнула головой, ее светлые волосы растрепались по плечам. С учетом того, что и при строгой прическе униформа рода Романовых смотрелась очень хорошо, сейчас, с распущенными светлыми прядями на плечах, она казалась еще красивее, чем обычно.

— Внесли, только не все, — заявила она. — Что-то они действительно починили, что-то при этом сломали.

— Понятно, — отозвался я, расстегивая пуговицы рубашки. — Но это подождет до завтра. Сейчас я хочу поесть, помыться и поспать. Тебе, как моей Слуге, требуется убедиться, что княжич все это проделал. Так что контролировать, как я ем, моюсь и сплю, будешь вместе со мной.

«Оракул» все равно еще не скоро будет приведен в готовность, и жертвовать здоровьем помощницы я не намерен. Конечно, целители подлатают практически любое повреждение, однако насиловать Кристину, заставляя ее работать круглые сутки, ради сомнительного выигрыша в пару часов я не буду — это в высшей степени бессмысленно.

Заснули мы быстро, и это вновь было прекрасно.

* * *

— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — произнес Марков, жестом предлагая мне садиться на свободный стул.

Я поставил ящик с броней рядом и опустился на жесткое сидение. За спиной генерала на этот раз не висело никаких планов, а сам он выглядел более уставшим, чем раньше.

— Мы можем поговорить откровенно, Василий Павлович? — спросил я, и когда генерал кивнул, продолжил: — Я совершенно не удовлетворен работой, которую ваше ведомство ведет.

Он приподнял бровь, но чуть повел рукой, предлагая говорить дальше.

— Это была вторая операция, в которой я принимал участие, и снова, как и в первый раз, все едва не полетело к чертям, уж простите за резкость. Ни в первый, ни во второй раз количество одаренных на стороне противника не было известно, а силы, отправленные на задание — недостаточны.

Он помолчал, постукивая пальцами по столешнице, глядя на меня из-под приспущенных век.

— Мне хотелось бы верить, что военная разведка в царстве сильнее, чем мне показалось за время непосредственной работы с вами. Опять же, в Речи Посполитой ваши люди работали практически идеально — там и подготовка была гораздо сильнее, и информацию собрали верную. Мне слабо верится, что специалисты, разработавшие план уничтожения сейма, так сильно просчитались на родной земле. Поэтому у меня есть только одно логичное объяснение происходящему: кто-то в вашем ведомстве, генерал, работает на врага.

Марков хмыкнул в ответ.

— Вы закончили, Дмитрий Алексеевич? — спросил он.

— Да, Василий Павлович, — кивнул я.

Генерал сложил руки на столешнице и остро взглянул мне в глаза.

— Вы правда думаете, княжич, что я об этом не знаю? — спросил он. — Может быть, вы считаете, что получили награды из рук царя, и это целиком и полностью ваша личная заслуга? Может быть, военная разведка вообще никак не связана с вашим успехом в Речи Посполитой?

Я покачал головой.

— Тогда я не понимаю, почему вы бездействуете.

Щелкнув замком на ящике с броней, я вытащил шлем и поставил его на стол перед генералом.

— Как, по-вашему, Василий Павлович, что это значит? — я ткнул пальцем в трещину на стекле. — Даже для меня это был серьезный вызов.

Он остался невозмутим, просто отодвинул шлем в сторону.