– Заткнись, мальчишка! – грубо оборвал его генерал. – Я бы многое отдал, чтобы ваши дорожки не пересеклись. Но судьба распорядилась иначе. Как говорится, неисповедимы пути господни. Мне сообщили, что ты встречаешься с какой-то девушкой, но я не придал этому большого значения. На всякий случай приказал прокачать, кто она такая и не является ли подставой. Прокачали. Данные на девушку Машу мне поступили за считанные часы до похищения. Честно говоря, я был в шоке, не знал, что делать. Славич подсказал... Я не мог не сообщить о случившемся Василию Васильевичу. Можешь себе представить, что я выслушал о себе, о тебе, о международной обстановке... Василий Васильевич настоял, чтобы я подключил его к операции по освобождению Маши. Что было дальше, ты уже знаешь.

– Вадим Александрович, у меня есть нескромный вопрос, – замялся Станислав.

– На любой нескромный вопрос – любой нескромный ответ, – грустно пошутил Веклемишев. – Задавай.

– Когда мы работали там, в особняке, на втором этаже, у меня сложилось впечатление, что Маша... Ну, в общем, она взаимодействовала с Василием Васильевичем как настоящий профессионал. Поняла его даже не с полуслова, а с какого-то полусвиста...

– Я же говорил, что ее с малых лет готовили к иной стезе. Василий Васильевич вложил в Машу не только душу, но и свой боевой опыт, – усмехнулся генерал. – Так что девушка она не простая, обижать ее опасно для здоровья молодых людей.

– Наше знакомство состоялось... Ну, в общем, у нее вырвали сумку, а я этого воришку... остановил. Разве она тогда не могла за себя постоять?

– Наверное, это случилось неожиданно, – пожал плечами Вадим Александрович. – И Маша все-таки женщина при всех своих скрытых талантах. Растерялась от неожиданности.

– Вообще-то, припоминаю, Маша бежала за воришкой. Правда, она была на каблуках, и я ее опередил.

– Вот с этого и надо было начинать. Если бы не твоя поспешная инициатива, думаю, она бы догнала того мерзавца, несмотря на каблуки, и покарала его со всей пролетарской непримиримостью. Ну, все, вроде мы обо всем переговорили. Давай спать. Утро вечера мудренее, нам завтра еще нужно думать, как Славича достать.

– Вадим Александрович!.. – неуверенно, совсем стушевавшись, обратился к Веклемишеву Станислав. – Как вы думаете, я смогу еще увидеть Машу?

– Я ему о деле, а он... – нахмурил брови генерал. – Вот ведь молодежь пошла! Мы-то в былые времена, как в песне: «Раньше думай о Родине, а потом о себе» А у вас на уме одно баловство. Да ладно, не тушуйся. Это у меня старческое брюзжание. А что касается Маши, то, думаю, все зависит от тебя... и от нее, естественно. Не радуйся, не радуйся, милок. Тебе сначала со Славичем надо разобраться, а потом к девушке лезть.

– Разберемся! – бодро выдал Стас, но опять не удержался на деловой волне. – А Василий Васильевич не воспротивится нашим с Машей встречам? А то ведь он, как я понял, пленных не берет.

– Думаю, будет категорически против, – ухмыльнулся Вадим Александрович. – Считай, ты развяжешь третью мировую войну с массированным применением термоядерного оружия. В роли критической массы – дядя Вася. Не расстраивайся, Станислав, больно тебе не будет. Чик – и ты на небесах, на облаке сидишь, ножки свесив. Да не унывай, шучу я, шучу. Ничего Василий Васильевич тебе не сделает. Позудит малость, да и оттает. Тем более ты, я вижу, ему по душе пришелся. Не радуйся сильно. Я сказал: сначала Славич... Все, спим! Разбередил ты меня воспоминаниями.

Глава 11. Принцип легавой

Зная патологическую осторожность Здравко Славича, человека, который уже более десяти лет успешно скрывался от правосудия в образе Гаагского трибунала, Стас не слишком надеялся, что они вытрясут из Формана информацию о том, где прячется этот негодяй. Так оно и случилось. Не помогли ни крайне суровые методики экспресс-допроса пленного в боевой обстановке, которыми в достаточной степени владели и Веклемишев, и Станислав, ни клятвенные обещания наемнику жизни и свободы.

Василия Васильевича с Машей высадили у ближайшей остановки электрички. По железной дороге они должны были добраться до Киева. Далее, с пересадкой на ближайший поезд дальнего следования, отчим с падчерицей планировали отбыть в Москву или, если с билетами будут проблемы, двигаться по «железке» до любой российской станции. Этот переезд особых опасений ни у Веклемишева со Стасом, ни у самих путешествующих не вызывал. Вряд ли Славич информировал сотрудников СБУ о похищении девушки. А сам он в настоящий момент, ввиду нанесенных ему численных потерь в команде и срыве покушения, не смог бы организовать охоту на Машу.