Читаем Роман с героем полностью

Потерявшая форму светлая летняя шляпа времен «кукурузного» генсека, мятый полотняный пиджак, палочка, шаткая походка, трясущиеся ноги и суровый взгляд принципиального персонального пенсионера... Если бы Стас не видел Василия Васильевича в деле, он и вправду поверил бы, что перед ним старичок-общественник местного разлива. И зря отчим Маши отнекивался от служения Мельпомене, актерскими талантами от него несло за версту, и упомянутый им же МХАТ рыдал горькими слезами, что потерял столь характерного героя.

Станислав с Веклемишевым сидели в «Ауди», припаркованной за ближайшим углом метрах в ста от особняка, где содержали Машу.

Мотор машины был заведен, чтобы в любой момент она могла сорваться с места. В отличие от Василия Васильевича, Стас и Вадим Александрович были одеты в камуфляж и вооружены, как говорится, до зубов. Связь на первом этапе операции была односторонней, они могли слышать своего старшего товарища через динамики аудиосистемы машины, но сами от выхода в эфир воздерживались.

Минуты три в динамиках слышался едва различимый хруст гравия под подошвами. Затем раздался громкий настойчивый стук. Это Василий Васильевич со всей пролетарской ненавистью колотил тростью по дверям будки охранника у ворот особняка «клятого» богача. Пока события разворачивались в соответствии со сценарием, подготовленным генералом Веклемишевым. Чтобы их визит в особняк стал хотя бы относительной неожиданностью для его обитателей, требовалось незаметно просочиться мимо камер видеонаблюдения. Для того и разыгрывался незамысловатый спектакль.

– Открывайте, байстрюки! Это общественность! – прозвучал в динамиках гордый голос.

Ответом призыву Василия Васильевича некоторое время было молчание. Секунд через десять стук по металлу возобновился, причем стал куда как сильнее. И голос «общественника» звучал уже тоном выше, и наполнение стало более разнообразным.

– Немедленно откройте! Где хозяин? Скрывается кровопийца за высоким забором от глаз людских! Вот сейчас я милицию вызову, спецназ «Беркут», чтобы двери ваши железные вынесли к чертовой матери! И к ответу!

Похоже, упоминание милиции пробудило к действиям стража ворот. Но, вполне возможно, задержка объяснялась тем, что он просто связался с товарищами в доме и доложил, что какой-то безумный старик ломится в особняк. Ну, а те дали команду прояснить обстановку.

– Что вам нужно? – послышался голос мужчины, в котором слышался явный акцент. – Это частная территория. Уходите!

– Открывайте, негодяи! Ваши собаки всю округу переполошили. Ночью спать не дают, лают до утра. А вчера чуть не покусали ребенка. Я вам повестку принес в поселковый совет.

– Извините, но у нас нет никаких собак, – послышался удивленный голос. – Вы что-то перепутали. И хозяин в отъезде. Приходите завтра.

– Ах, завтра! Так вот вы как с народом разговариваете, – Василий Васильевич сорвался на истерику. – Вы еще и бюрократы! Да я вас к ногтю!.. Разъелись паразиты на теле трудового народа!

Удары трости по металлической двери стали напоминать торжественные звуки тамтамов. Старичок-боровичок, сиречь Василий Васильевич, разволновался не на шутку. Его беснование, без сомнения, хорошо просматривалось в камеры видеонаблюдения. Боевики, засевшие в особняке, прекрасно видели на мониторах, что «общественник» бушует в одиночку, кроме него на улице никого не наблюдается. Явной угрозы для них пожилой человек не представлял, а потому и действия людей Славича были вполне предсказуемы.

Веклемишев и Станислав услышали звуки открываемого замка.

– Что тебе надо, старик? – раздался громкий окрик. – Ты крейзи – сумасшедший? В этом доме живут особы... как оно... дипло-ма-ты.

Последнее слово человек, охранявший ворота, видимо, из-за трудностей в произношении выдал по разделениям.

– Кто сумасшедший? Я сумасшедший? – возмущенно возопил Василий Васильевич. – А вы дипломаты? Небось американцы-янки. Да я вас, сволочей, в пятидесятых в Корее на своем «МиГ-15» пачками в землю вгонял...

Стас глянул на Вадима Александровича. Было видно, что тот с явным удовольствием вслушивается в радиоспектакль. Заметив взгляд Станислава, он скупо улыбнулся и показал знаком, что до начала активных действий остались считанные секунды.

– Эй, старик, мы не в Корее, – растерянно повысил голос страж ворот. – Убери свою палку. Сюда нельзя! Частная территория!..

– А к нам можно? Союз, гады, развалили! Налетели, как коршуны, печень нам, славянам, клевать! Как прилетели, так и улетите! Сраной метлой выметем! Где ваш хозяин! Где этот Кощей?

Вот и прилетела весточка-ласточка. Слово «Кощей» было кодовым, сигналом к началу движения. Оно означало, что Василий Васильевич, выйдя из поля зрения камер слежения, нейтрализовал охранника.

– Вперед! – коротко и спокойно бросил Веклемишев.