— Этого не может быть, — сказал Квик. — Я смотрел новости, он должен был выступать в Верховном Суде.
— Он был убит вчера ночью.
— Застрелен. Его тело обнаружили утром в парке.
— Этого не может быть, — сказал Квик, падая на диван. Через секунду он начал плакать.
Гонзо начал осматривать комнату в поисках воды, лишь бы не смотреть на плачущего старика. — Вам что-нибудь принести? — спустя минуту спросил его Томми.
Квик отрицательно покачал головой, не поднимая глаз. Гонзо дал ему несколько минут успокоится. — Мистер Квик, простите, что приходится это делать, но я должен знать, что вы делали за последние сутки.
— Что я делал? Я получал по морде от парня, с которым познакомился вчера в баре. — Его голос сорвался, и он вновь начал всхлипывать. — Джуллиан, господи боже, это моя вина.
Гонзо сел напротив Квика.
— Я ускорил его смерть. Я хотел выйти на пенсию и переехать сюда, но он был не готов. Если бы я не оставил его, если бы был рядом, возможно…
— Мне нужно знать имя мужчины, с которым вы вчера были.
Квик поднял лицо, встречаясь взглядом с Гонзо. — Вы подозреваете меня?
— Мне нужно исключить вас из числа подозреваемых, — Гонзо кивком указал на спортивную сумку, брошенную у двери. — Что в сумке?
— Не возражаете, если я взгляну?
Квик дал разрешение, махнув рукой. Гонзо присел на корточки рядом с сумкой, аккуратно расстегнул ее и вытащил окровавленную футболку.
— В этом я был вчера, — объяснил Квик.
Изучив разбитое лицо мужчины, Гонзо поверил его словам. Согласно докладу Сэм, на теле жертвы не было оборонительных ран, которые могли бы походить на увечья Квика.
Квик провел по волосам трясущейся рукой.
— Нам, правда, нужно об этом говорить?
— Я буду признателен, если вы не будете привлекать эту информацию к расследованию.
— Почему вы хотите, чтобы он избежал наказания?
— Детектив, после расставания с Джуллианом я был сам не свой. Я поступал опрометчиво и поплатился за это. Это не первый случай, и боюсь, не последний.
— Когда вы в последний раз говорили с Джуллианом?
— Пару месяцев назад. Он позвонил мне сообщить о своей номинации и заверил, что сделает все, чтобы мое имя не всплыло в ходе голосования.
— А это для вас было важно?
— Многие в моей жизни не знают о моей ориентации.
— И как бы на вас отразилась правда о ваших отношениях?