Читаем Роковое наследие полностью

— Ох, не могу, — простонала Тамия, подойдя к ветхому зданию. — Я прямо тут на колючки. Можно?

Стражи согласно кивнули и приготовились наблюдать. «Извращенцы», — подумала девушка-трансформ. Убедившись, что у задержанного есть мужское достоинство, они хмыкнули и собрались было уходить, как вдруг одному из них тоже приспичило облегчиться. Он вернулся. В эту минуту на улице показались прохожие, и страж порядка перекочевал в кузницу.

Судя по всему, труп он заметил не сразу, а только после того, как глаза привыкли к сумраку после яркого солнечного света. Тамия успела вежливо попрощаться с оставшимися на улице стражниками и поспешно зашагала в обратном направлении. Крики за спиной возвестили о страшной находке.

— Эй, ты! Гаруф или как там тебя!

Тамия обернулась.

— Беги быстрее обратно и передай начальнику, чтобы срочно пришел к заброшенной кузнице.

— А что случилось-то? — с самым невинным видом поинтересовалась Тамия.

— Не твое собачье дело!

Актеры как раз управились с фургоном, и пробка на дороге рассосалась. Завидев Тамию, юнцы и Фрад просияли. Девушка-трасформ честно исполнила свой долг — передала сообщение начальнику стражи и поскорее забралась в фургон.

Управлять повозкой с реквизитом и провиантом пришлось Илинкуру, потому что Фрад оказался не в состоянии оторваться от новенькой.

— А куда вы направляетесь? — с запозданием поинтересовалась Тамия.

— На главную площадь, — сообщил Грим. — Дадим парочку спектаклей.

Девушка-трансформ закусила губу, но никто, кроме Анаис, не обратил внимания на ее замешательство.

— Может быть, стоит расспросить местных жителей, не проезжал ли тут Караэль? — предложил Монтинор.

— Я, что, похож на умалишенного? — возмутился Грим. — Разыскивать его, когда Боги одарили нас своей милостью.

— А кто такой Караэль? — поинтересовалась Тамия, решив, что ей следует вести себя крайне осторожно. Слова отца о том, что, даже не произнося ни слова, Тамерон не в состоянии никого обмануть, прочно угнездились в голове.

— Гендер, — мрачно буркнул Грим.

— О, мне бы не помешала толика удачи, — мечтательно сказала Тамия.

Грим побагровел.

— Все это бред! — воскликнул он. — Никакой удачи гендеры не приносят. В особенности Караэль. Боги сжалились над нами: избавили труппу от его присутствия, и я не собираюсь разыскивать этого… этого…

Грим замолчал, не найдя подходящих слов.

— Боги? — Анаис изогнула дугой бровь. — В таком случае, они выбрали достойное орудие для осуществления своих замыслов.

Грим несколько раз моргнул, затем подозрительно сощурился:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Полагаю, ты догадываешься, — чуть улыбнулась девушка.

Все повернулись к Гриму.

— Да, расскажи, что ты купил у торговца, которого мы встретили по дороге, — промурлыкала Анаис.

— И что же, по-твоему, я у него купил? — рассердился Грим. — Ладно, — махнул он рукой, — я всего лишь придал Караэлю ускорение.

На лицах окружающих отразилось недоумение.

— Он подсыпал в корм селлара сильное возбуждающее, от чего тот взбесился и понес, — пояснила Анаис.

— Ужасно, — прошептал Сиблак.

— Да. Ведь повозка Караэля свернула к городу, — отозвался Монтинор. — Могли пострадать люди.

Грим закрыл лицо руками и прошептал:

— Я надеялся, что животное побежит в степь. Туда оно и неслось, демон побери! Не знаю, что взбрело в голову этому селлару и заставило повернуть к городу.

Анаис потрепала владельца балагана по плечу:

— Конечно, Караэль не сахар, но, право же, Грим, вы судите предвзято. Может, вам стоило поговорить с ним откровенно.

— Я не хотел, чтобы он или кто-то еще пострадал, — вздохнул Грим.

— Селлар, запряженный в повозку с желтым тентом? — подала голос Тамия.

Анаис кивнула.

— Ваш Караэль жив, — сообщила Тамия. — Единственное, что пострадало — это пиршественные столы. Лит услышал мои молитвы. Именно вмешательство гендера позволило мне ускользнуть из-под венца. Хоть в тот момент я и не поняла, кто он такой.

Все вздохнули с облегчением.

Тамия то и дело поглядывала на Анаис, эта девушка почему-то казалась ей знакомой. Но припомнить, где и при каких обстоятельствах они встречались, она никак не могла. В конце концов, менестрель на своих выступлениях сталкивался с тысячами девушек. Только когда Анаис повернулась к Тамии спиной и та увидела собственный шнурок с бусинами в ее волосах, все встало на свои места. Жива! Несмотря ни на что, жива! Мозаика мгновенно сложилась, и в памяти всплыли поездка в дилижансе, бойня на улице Нэреитов в Туроне. «Как тесен мир, — подумала Тамия. — И как жаль, что нельзя окунуться в общие воспоминания. Конечно, если девушке захотелось бы такое вспоминать».

Если б не шнурок, возможно, Тамия и не признала бы в Анаис ту оборванную, грязную и голодную бродяжку, которую считала погибшей. А может быть, это вовсе не та девушка, мало ли на свете шнурков с бусинами, на которых владельцы пишут похожие девизы.