Читаем Роковая кукла полностью

Сара права. Если бы Смит очнулся и ему что-либо понадобилось — глоток воды или справить нужду или что-то в этом роде — ему бы потребовалась помощь. Он бы поднял шум и позвал Тэкка, своего всегда заботливого, всегда любящего Тэкка. И Сара услышала бы каждое его движение. Нас обступала та оглушающая тишина, которая воцаряется в пустом доме, покинутом обитателями. Падение булавки, чирканье спичкой, дыхание, шорох одежды — каждый звук был бы слышен и заставил бы насторожиться.

— Ну что же, — сказал я. — Он исчез. Вы не слышали его. Он не позвал Тэкка. Мы будем его искать. Надо сохранять спокойствие. Мы не собираемся никого списывать со счета.

Я поежился от холода. Мне было плевать на Смита. Он исчез, и хорошо, если мы никогда не найдем его. Он был чертовски обременителен. Но я не переставал мерзнуть. Холод зарождался внутри меня и только потом леденил кожу. Я сгорбился и напрягся, потому что начинал дрожать от холода.

— Мне страшно, Майк, — сказала Сара.

Я сделал несколько шагов по направлению к Тэкку.

Склонившись над монахом, я увидел, что он спит не так, как обычно спят люди. Он свернулся калачиком, как дитя в материнской утробе, плотно завернувшись в коричневую рясу. Руками он крепко сжимал свою дурацкую куклу, устроив ее между коленями и грудью. Он напоминал трехлетнего ребенка, затащившего в безопасный мир своей постели плюшевого медвежонка или зайца с оторванным ухом.

Я готов был разбудить его, но остановился. Я стыдился потревожить этого скрюченного человечка, погруженного в глубокий сон, и возвратить его в кошмар холодной ночи, в пустое здание на чужой непонятной планете.

— Что случилось? — спросила Сара.

Я потряс Тэкка за костлявое плечо.

Еще одурманенный сном, он медленно просыпался. Одной рукой он тер глаза, другой — крепче прижал к себе отвратительную куклу.

— Смит исчез, — сообщил я. — Мы идем на поиски.

Тэкк выпрямился. Он продолжал тереть глаза и, казалось, не понимал значения моих слов.

— Вам непонятно? — спросил я. — Смит исчез.

Он покачал головой.

— Не думаю, что он исчез, — сказал Тэкк. — Полагаю, что его забрали.

— Забрали? — воскликнул я. — Кто, черт возьми, уведет его? Кому он нужен?

Он снисходительно посмотрел на меня. Я готов был придушить его за этот взгляд.

— Вы не понимаете, — сказал он. — Вы никогда не понимали. И не поймете. Вы ничего не ощущаете, не правда ли? Вокруг вас происходят события, а вы ничего не чувствуете. Вы чересчур грубы и материалистичны. Животная сила и напыщенность — вот все, что привлекает вас.

Я уцепился за его рясу и резко обернул ее вокруг монаха. Потом я поднялся на ноги, потянув его за собой. Он попытался ослабить мою хватку, и кукла выпала у него из рук. Я отпихнул ее ногой далеко в темноту.

— Ну, отвечай, — закричал я, — в чем дело? Что же такое происходит, чего я не замечаю, или не чувствую, или не понимаю?

Я тряс Тэкка с такой силой, что его руки безжизненно повисли, голова подскакивала, зубы стучали.

Подошла Сара и схватила меня за руку.

— Оставьте его! — кричала она.

Я отпустил Тэкка. Некоторое время он стоял, покачиваясь.

— Что он сделал? — спросила Сара. — Что он сказал вам?

— Вы сами слышали. Он сказал, что Смита забрали. Кто забрал — вот что мне надо знать. Куда? И почему?

— И я хочу выяснить это, — сказала Сара.

Слава Богу, на этот раз она на моей стороне. А несколько минут назад она назвала меня по имени.

Тэкк отступил от нас, постанывая. Потом он вдруг отпрыгнул, исчезнув в темноте.

— Эй, куда!? — крикнул я, следуя за ним.

Но прежде, чем я настиг его, он остановился, нагнулся и подобрал ту самую смехотворную куклу.

Я с отвращением повернулся и, с трудом пробираясь в темноте, возвратился к огню. Я вытащил палку из кучи поленьев, сгреб ею горящие головни и положил три или четыре деревяшки на угли. Языки пламени сразу же начали лизать дерево.

Я сидел у костра и смотрел, как Сара и Тэкк медленно двигались по направлению к костру. Я ждал, пока они приблизятся, и сидел на корточках, глядя на них снизу вверх.

Они остановились передо мной. Первой заговорила Сара.

— Мы будем искать Джорджа?

— А где?

— Хотя бы здесь, — сказала Сара, указывая в темноту.

— Вы не слышали, как он ушел, — ответил я. — Вы видели его в течение всей ночи, потом в какой-то момент вы заметили, что он отсутствует. Вы не слышали, как он шевелится. Если бы он сделал хоть одно движение, вы бы услышали. Он не мог встать и на цыпочках уйти. У него не было времени для этого, кроме того, он был слепой и вряд ли осознавал, где находится. Если бы он очнулся, он был бы в растерянности и позвал нас.

Я обратился к Тэкку:

— Что вам известно о нем? О чем вы пытались мне поведать?

Он потряс головой, как упрямый ребенок.

— Поверьте, — сказала Сара. — Я не спала. Я даже не дремала. После того, как вы разбудили меня и заснули, я была все время начеку. Как я говорю, так и было.

— Я верю вам, — успокоил я ее. — Я не сомневаюсь в ваших словах. Стоит выслушать Тэкка. Если он знает что-то, пусть скажет сейчас, прежде чем мы куда-либо рванем.

Мы больше не обращались к Тэкку. Мы просто ждали, и наконец, он заговорил: