Читаем Рок в Союзе: 60-е, 70-е, 80-е... полностью

Я не испытывал злорадства в связи с триумфом "Браво". Было даже грустно оттого, что музыканты моего поколения, судя по всему, положили зубы на полку. Смена и даже антагонизм поколений — естественная вещь, но было не очень приятно убедиться в этом воочию. Тем более что речь шла о такой идеалистической штуке, как рок, и о моих друзьях. Похоже, что повествование о героях 60-х и 70-х уже можно было заканчивать в стиле эпилогов Диккенса… Александр Градский остался самовлюбленным артистом-одиночкой, автором напыщенных рок-баллад и спустя энное число лет был принят в Союз композиторов [80], с высоты которого читал нравоучения неграмотным рокерам. Андрей Макаревич постепенно отошел от рока и, как талантливый бард, до старости радовал своих сверстников и часть ностальгической молодежи. Алексей "Уайт" Белов переходил из одного московского ресторана в другой, и уже никто не приходил туда специально, чтобы его послушать… Я буду рад, если будущее хоть в чем-то меня опровергнет.

Не дожидаясь концерта лауреатов "Рок-панорамы", я отбыл в Тарту. Стояла солнечная погода начала мая. Я не ждал больших открытий. Тартуский фестиваль обещал общее расслабление и классную традиционную музыку. Ожидания оправдались. "Рок-отель" присовокупил секцию модных инструментов и сыграл великолепную программу ритм-энд-блюза в неотразимом стиле "Братьев Блюз". Юри Розенфельд из "Мюзик-Сейф" подтвердил репутацию самого тонкого в стране блюзового гитариста. Даже Петер Волконский выступил менее радикально, чем обычно; его сюрпризом этого года стала полупародийная интерпретация песен Франца Шуберта… Весь фестиваль можно было сравнить с комфортабельным лимузином, медленно идущим на мягких рессорах по хорошему шоссе. Как контраст вечной тряске русского рока это было приятно.

Несколько новых групп выступило на "малой сцене" фестиваля, в зале Сельскохозяйственной академии. Костюмированный панк "Старшая сестра" (остатки "Туриста") громко назвали себя основателями стиля "прими-футу" ("примитивный футуризм", как вы понимаете), но им недоставало завода и умения играть. Эти качества были у "Т-класс" ("Пропеллер" с новыми вокалистами), но они играли стандартный "хэви метал". Больше всех мне понравился оркестр "Модерн Фокс" — ни одного электрического инструмента, даже с тубой вместо баса, и репертуар из свингов и шлягеров довоенного времени, исполнявшихся на эстонском, английском, немецком, польском и русском языках… Хорошая стилизация и хорошее шоу.

В середине фестиваля, в День Победы 9 мая, имел место огромный "Концерт мира" на одной из центральных площадей города. На наскоро построенной деревянной сцене друг друга сменяли все знаменитости эстонского рока — Иво Линна, Гуннар Грапс, Сильви Врайт и другие, а под конец все они выстроились вместе и в славной традиции благотворительных хоров рок-звезд исполнили сочиненную Петером Вяхи из "Витамина" песню под названием "Один ритм, одна мелодия". Я грелся на солнышке около сцены, и все выглядело очень и очень трогательно. "Молодцы эстонцы, — думал я, — как у них все складно получается. Нашу тусовку так не сплотить…". Впрочем, почему бы и нет? Был бы хороший повод. Трагедия Чернобыля была у всех на устах, и идея буквально витала в воздухе. Наша беспомощность и бесполезность в этой драматической ситуации не давала покоя. Большой рок-концерт в помощь Чернобылю!.. Идея созрела. Вернувшись в Москву, 13 мая я пришел к Алле Пугачевой.

Об этой замечательной особе стоит немного рассказать — хотя ее удивительная карьера и жизненные приключения заслуживают отдельной книги. С 1975 года, когда Алла в возрасте 26 лет выиграла поп-конкурс в Болгарии, она остается недосягаемой звездой советской эстрады. Фактически она изменила лицо нашей поп-музыки: после десятилетий господства гладких манекенов-исполнителей на сцену ворвалась взбалмошная рыжеволосая фурия с человеческим голосом, свободными манерами и извечными любовными проблемами. Публика затаила дыхание, влюбилась, заголосила в восторге и заплакала. Пугачева стала социальным феноменом. Самая популярная женщина в стране, где героями до сих пор были сильные мужчины — космонавты, полководцы и политические деятели.