Читаем Рок-цыпочка полностью

Я обошла стойку и увидела Энни, блондинку с прической в форме шлема, накричавшую на меня во время мятежа «верните Рози». Она смотрела на свой кофе с почтением, схожим только со взглядом на билеты в первый ряд. Она обратила свое внимание на меня.

— Где ты находишь этих парней? — Она вздохнула.

— Удача, — ответила я и принялась за работу.

Мы были так заняты, что в течение нескольких часов я не думала ни о чем, кроме кофе, молока, сиропа и всех денег, которые поглощал кассовый аппарат. Даже с Рози у нас не было столько посетителей. Бывало, что в магазине собиралась приличная толпа, но сегодня царило полное безумие.

К половине одиннадцатого толпа поутихла. Вошел Дюк и угнездился за книжным прилавком, который тоже не пустовал. Довольно много посетителей сидели то тут, то там, читали и наслаждались кофе.

— Мы все еще злимся друг на друга? — наконец-то, у Элли появилась возможность спросить меня.

— Ну, поскольку твоя злость на меня, шла рука об руку с моей злостью на Ли… и поскольку наш перерыв с Ли закончился… то, нет, мы больше не злимся друг на друга.

Элли усмехнулась.

— Хорошо.

Так все и происходило между лучшими друзьями. Вы злились друг на друга, а потом мирились.

Я повернулась к Тексу.

— Но ты — предатель, и я больше никогда с тобой не заговорю, — заявила я ему.

— Этой ночью ты получила номер семь? — спросил он.

Я уставилась на него, не понимая, о чем, черт возьми, он толкует.

И тут меня осенило.

Оргазм номер семь.

Упс.

Вероятно, прошлым вечером я, на самом деле, поделилась слишком большим количеством информации с Тексом.

И поскольку я получила номер семь ночью и номер восемь этим утром, я не ответила.

Должно быть, это отразилось на моем лице, потому что Текс громко расхохотался, а затем сказал:

— У тебя нет причин злиться, и я не хочу об этом слышать.

— О чем он говорит? — спросила Элли.

Я повернулась к ней.

— Об оргазмах. — Ее глаза округлились. — Забудь. Знаешь, когда можно делать тест на беременность?

Теперь ее глаза были готовы выскочить из орбит.

— Не может быть.

— Может. Я облажалась, забыла принять пару таблеток.

— Не может быть! — заорала Элли, и пара покупателей подняли глаза.

— Я не нарочно, — защищаясь, воскликнула я.

— Это здорово, — сказала она. — Я звоню маме.

— Нет! Не звони Китти Сью! Никому не звони. Это не так уж и здорово. Я не хочу ребенка. Ну, может, я и хочу ребенка… ребенка от Ли… но не сейчас. Он даже не видел всего моего нижнего белья!

— Ты не становишься моложе, — возразила Элли.

Боже милостивый.

— Просто ответь на вопрос, — потребовала я.

— Какой вопрос?

— Тест на беременность.

— Кажется, надо дождаться задержки. Я сбегаю в «Уолгрин» и проверю.

Затем она ушла, к счастью, «Уолгрин» находился всего в нескольких кварталах отсюда.

— Текс, не мог бы ты сделать мне обезжиренный ванильный латте, пожалуйста? — попросила я.

— Так ты снова со мной разговариваешь?

— Просто сделай мне кофе!

— Что за тон?

— Тон женщины, которая хочет ванильный латте!

— Прекрасно. Господи. Да сделаю я тебе латте. Без кофеина, чтобы ты успокоилась.

— Сделаешь без кофеина — ты уволен.

— Кофеин может навредить ребенку, — возразил Текс.

Вот тогда я закричала, жутким криком во всю глотку, как в «Кошмаре на улице Вязов».

Посетители подскочили и уставились на нас.

Над дверью зазвонил колокольчик. Я перестала орать и увидела входящего в магазин Эдди.

Он не выглядел счастливым.

На самом деле, он выглядел страшно несчастным.

Зеркальные очки были сняты, а темные глаза смотрели напряженно.

Раздражение от моей сумасшедшей, е*анутой жизни тут же испарилось, и я подошла к нему.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я почувствовала, как у меня скрутило живот. Он спрашивал не из-за моего крика.

Судя по его виду, я предположила, что что-то случилось с кем-то, кого я любила. Учитывая, что я была дочерью полицейского, этот момент всегда вертелся у меня в голове. Для меня, особенно если сообщение исходило от Эдди, это мог быть кто угодно: Ли, папа, Малкольм, Хэнк или десятки других парней, которые были моими или папиными друзьями.

Я открыла рот, чтобы ответить, и услышала, а затем увидела «Дукати». Он остановился перед магазином, Ли откинул подножку и спешился. Затем вошел внутрь.

Его губы были плотно сжаты, глаза пусты, выражение лица мрачно.

Он посмотрел на меня, потом на Эдди, потом снова на меня.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Какого хрена происходит! — рявкнула я.

— Ей нужен кофеин, — объявил Текс, протягивая мне латте.

Ли подошел ко мне ближе, и он, и Эдди были меньше чем в футе впереди меня. Текс все еще стоял рядом со мной, а Дюк, ощутив тревожную вибрацию, подошел и встал за мной.

Чувствовалось приближение плохих новостей.

— Сегодня утром машину Черри Блэквелл взорвали, — сказал Ли.

Я уставилась на него.

Какого хрена?

— Иисусе. Это та психованная, с которой ты поцапалась вчера? — спросил меня Текс.

Я проигнорировала Текса и сказала:

— Пожалуйста, скажи, что ее не было в машине.

— Ее там не было, — подтвердил Ли.

Я выдохнула, а затем отпила латте. Даже в такой напряженной ситуации я заметила, что латте был божественным.

— Что случилось? — спросила я.