Читаем Ройал (ЛП) полностью

— Я разберусь с Дереком, — Ройал на несколько сантиметров придвигается ближе. — Не притворяйся, словно ты никогда не думала об этом. Я думал.

Мое тело горит с ног до головы. Я не знаю, как он может быть таким прямолинейным. Большинство парней в школе мутные. Они либо играют в игры разума, либо слишком трусливы, чтобы сделать первый шаг.

— Я могу честно сказать, что не засматривалась на тебя, — я прочищаю горло и отворачиваюсь.

Лгунья, лгунья, гореть мне в огне. Я попаду в ад. Я точно попаду в ад.

Я смотрю на семейный портрет улыбающихся Роузвудов, который висит над каминной полкой. Всегда считала, что Ройал должен стоять там с нами. Он, можно сказать, один из нас — возможно, не по крови, но кровь не всегда предполагает семью. Этот парень был на половине пасхальных обедов в доме бабушки за последние несколько лет, и я уверена, что иногда она любит его больше, чем Дерека. Каждый раз, когда она приходит, то приносит его любимое овсяное печенье, и они с Ройалом подолгу сидят на улице и разговаривают на крыльце в креслах-качалках, как будто знают друг друга всю свою жизнь.

Бабушка осталась сиротой в девять и была удочерена в двенадцать, видимо, поэтому она к нему так относится.

Ройал посмеивается.

— Давай, Деми. Я не верю тебе ни секунды.

Я закатываю глаза.

— На самом деле я не заинтересована в том, чтобы быть твоей очередной пассией.

Он облизывает губы

— Это мило, что ты следишь за моей социальной жизнью.

Трудно не следить, когда Ройал вышагивает по коридору, как павлин с оравой болельщиц, которые висят на его питчерских руках. (Примеч.: Питчер — в бейсболе это игрок, который бросает мяч с питчерской горки к «дому», где его ловит кетчер и пытается отбить бьющий).

— Одно свидание, — говорит он. — В неделю. На протяжении двух месяцев.

Мое лицо вытягивается.

— Что? Нет. Это тупо.

— Я всего лишь пытаюсь доказать, что ты не будешь очередной девушкой.

Я закатываю глаза, борясь с улыбкой.

— Хорошо. Одно свидание, — говорит Ройал. — В неделю. Пока ты не решишь, что тебя от меня тошнит.

— Что случится, вероятно, после первого же свидания, если честно, — я снова вру. Почти уверена, что у дьявола отведено особое место в его раскаленной печи с мигающим неоновыми огнями под названием ДЕМИ РОУЗВУД. — Так что это довольно бессмысленно — думать о нас.

— Я не думаю, что это бессмысленно, — говорит Ройал. Я смотрю на него, он не улыбается и не дразнится на этот раз. — Я серьезно приглашаю тебя на свидание, Деми.

Я выдыхаю и откидываюсь на спинку дивана, покручивая темную прядь волос между пальцами снова и снова; волнистые мягкие пряди отвлекают меня от этого момента. Мы сидим в тишине в течение минуты или двух. Еще раз убеждаюсь, что Ройал имеет ангельское терпение, которое работает прекрасно и прямо противоположно его грешным губам.

— Дерек скормит твои яйца собакам. Ты ведь знаешь это, верно? — я приподнимаю брови и сжимаю губы, чтобы удержаться от ухмылки.

— Неее. Дерек крутой. Он это переживет.

— Нет, если ты меня обидишь, он не станет закрывать глаза на это.

— Если кому-то и собираются причинить боль, то только мне.

— Почему?

— Я много лет ждал свидания с Деми Роузвуд. Уверен, это будет эпично. И я никогда не захочу тебя отпускать.

— Перестань вести себя так странно. Мне это не нравится. Превратись назад в… себя.

Я зеваю и потягиваюсь, бросая подушку обратно на диван. Потянувшись, я треплю его темно-шоколадные волосы. Если буду относиться к нему как к щенку, возможно, смогу игнорировать тот факт, что мое сердце бьется так быстро, а губы дрожат при мысли о прикосновении к нему.

— Я иду спать, — говорю я быстро, пытаясь скрыть беспокойство.

Ройал хватает меня за запястье и отстраняет мою руку от своих волос, медленно поднимаясь. Наши взгляды встречаются в темноте, и мне интересно, слышит ли он, как сильно стучит мое сердце теперь, когда мы так близко.

— В пятницу вечером, — говорит Ройал, — я заеду за тобой в семь. Мы можем поехать в город. Сделаем все, что ты захочешь.

— Я не хочу, чтобы что-то менялось между нами, — говорю я, — если мы пойдем на это свидание.

— Знаешь, что я заметил в тебе? — спрашивает он.

— Что?

— Ты всегда ждешь подвоха. Несмотря ни на что, ты всегда ожидаешь худшего. Всегда на краю. Всегда ждешь, что плохое вот-вот случится, — он держит мое лицо в своих ладонях и наклоняет голову, изучая меня. — Все всегда получается. И я могу сказать это, потому что уже прошел через определенные испытания в своей жизни, а мне едва исполнилось восемнадцать. У тебя прекрасная жизнь, Деми. Идеальные друзья, идеальная семья, идеальный дом. Плохо не случается с людьми вроде тебя.

— Плохое может случиться с каждым, — я складываю руки на груди. — И я благодарна за все, что имею, чтобы ты знал.

— Ничего плохого не случится.