От домов обыкновенных горожан с античных времен сохранилось довольно мало. Раскопки древнего Камироса помогают составить представление об архитектуре древнегреческого жилища. Дом состоятельного горожанина был двухэтажным. Окна, выходящие наружу, были малы и закрывались ставнями для безопасности; вся жизнь протекала в комнатах, выходящих во внутренний дворик. Мужчины и женщины жили в отдельных комнатах. На втором этаже находились спальни и комнаты для слуг. Изделия для украшения жилища были важным компонентом греческого прикладного искусства. Стены комнат были увешаны ковриками и рисунками. В убранство домов входила мебель, в отличие от жилищ их малоазиатских соседей и завоевателей. Почетное кресло, на котором сидел хозяин дома, назывался тронос, а изящные женские стулья с изогнутой спинкой носили не очень изящное название клисмос.

В Римскую эпоху (ок. 146 г. дон. э. – 395 г. н. э.) копируются произведения греческой классики, но в области архитектуры появляются и большие достижения. Об этом свидетельствуют остатки терм и Casa Romana в городе Кос, в который можно попасть во время однодневной экскурсии.

Византийское искусство

С угасанием языческого культа и возведением христианства в статус государственной религии художники не остались без работы. В эпоху раннего Христианства (ок. 400-726 гг.) старые навыки и приемы сохранились, изменились лишь содержание и форма. Вместо языческих храмов строились большие базилики, формы которых были взяты от известных с античности рыночных павильонов и судебных залов. Алтарь, всегда располагавшийся в античных храмах перед входом, был перенесен теперь внутрь святилища. Строительными материалами по-прежнему были мрамор и другие дорогие камни, ведь новый Бог не мог предстать перед людьми в более бедном обличии, чем боги античного мира. В базиликах использовалась и цветная мозаика, без которой немыслима ни одна римская вилла. Но сюжетные картины были редки. Преобладали изображения цветов, геометрические узоры и символика, такая как крест и рыба.

Но постепенно вернулись и тематические изображения. Вначале это были главным образом библейские фигуры и сцены, затем добавились изображения мучеников и остальных святых. Появлялось все больше икон, и верующие поклонялись им еще больше, чем языческим изваяниям богов много столетий назад.

Внутрицерковный спор вокруг законности такого «идолопоклонства» привел в Византийской империи к иконоборчеству (726-843 гг.) – кровавой гражданской войне, длившейся более ста лет. «Сторонники идолов» вышли из этой войны победителями. Впрочем, в ходе спора и в течение десятилетий после него они вынуждены были создать для иконописи и иконопочитания ряд основных правил, которые доныне являются основой византийского искусства. Они превратились во всеобъемлющий свод правил, от которых ни один художник не должен отступать. Художнику нельзя быть творцом и вносить в произведение собственную интерпретацию, он должен возвещать вечные истины. Поэтому православные иконы и настенная живопись воспринимаются западным глазом как схематичные изображения.

С православной точки зрения иконы – это не рисунки и не картины. Они отражают не низменную реальность, а сущность. Так, например, при прорисовке пейзажа цель не в том, чтобы изобразить естественные формы скал, а в том, чтобы обозначить, что это скалы. Поэтому на всех иконах они выглядят одинаково. Если показывается кормящая Богородица, то ее грудь никак не похожа на грудь земной женщины. Однако же ясно, что это именно грудь.

Церковь Успения Богородицы (Кирмиссис) в Месанагросе сохранила архитектурные фрагменты V-VI вв.

При изображении святых речь идет не о портретах, а лишь о запечатлении их духовной сущности. Иллюстрации библейских событий не похожи на реалистические сцены, а полны символики. Рождение Христа происходит не в хлеву, а в пещере. Она являет собой символ смерти, которую попрал Христос своим рождением. Младенец Христос лежит не в яслях, а на алтаре. Это указывает на просфору, которая подается верующему во время причастия в церкви как символ плоти Христовой.

Все иконы и православная живопись имеют надписи. Не потому, что художник хочет пояснить несведущему человеку, что здесь изображено. Он только утверждает богословскую истину, которая была провозглашена во времена иконоборчества 1200 лет назад: слово и образ образуют в христианстве единое целое. Ведь Бог-отец, будучи словом, освятил и образ, когда, явив людям Иисуса, дал им свое собственное воплощение.

Иконостас в Мони Калопетрас.

Все новые церкви на Родосе расписываются в том же традиционном византийском стиле, что и старинные церкви острова. Работы по иконописи финансируются общиной. Каждая семья, которая может себе это позволить, «спонсирует» фреску или икону. Фамилия семьи-спонсора указывается чаще всего на иконе или фреске в нижнем правом углу.