Читаем Робот и крест полностью

В этот момент у Чижевского появляется злейший враг — профессор биологии Коммунистического университета Борис Завадовский. Вернее — браться Завадовские. Сыновья херсонского помещика, отнюдь не репрессированные Сталиным, они работали почище, чем еврейский кагал. Борис рвался в академики Академии сельхознаук (ВАСХНИЛ). Он и станет в 1935 году, ожесточенно травя и уничтожая Чижевского. Его братец, Михаил, тоже стал академиком ВАСХНИЛ в 1935-м, и тоже на волне уничтожения работ Чижевского. Братья Завадовские были «гормональщиками», эндокринологами. То есть, обещали стране фантастические успехи в животноводстве за счет пичканья скотины гормонами (нынешний американский путь). Михаил Завадовский на момент первых успешных опытов Чижевского — профессор кафедры общей биологии 2-го МГУ. До 1927 г. он работал директором Московского зоопарка, где основал Лабораторию экспериментальной биологии. В 1927 г. его лаборатория была передана в состав Всесоюзного института животноводства (ВИЖ). Михаил Завадовский стал заниматься разработкой методов повышения репродуктивности сельскохозяйственных животных с помощью гормональных препаратов. Одновременно, с 1930 года, он подвизается на кафедре динамики развития биологического факультета МГУ. Надо заметить, что оба брата никогда не арестовывались и не сидели в ГУЛАГе.

Именно ВИЖ (Всесоюзный институт животноводства) и станет центром ожесточенной войны на уничтожение Чижевского и его метода. Оно и понятно: Александр Леонидович выступал конкурентом для Завадовских. Ведь его метод позволял обойтись без пичканья домашнего скота и птицы гормонами (технологии очень нездоровой), будучи и намного более естественным, и — что немаловажно — куда более дешевым. При этом Чижевский в мировой науке был намного более весомой фигурой, что не нравилось двум выродкам. Как писал сам А.Л., «Михаил Михайлович, биолог, славившийся тем, что кастрировал петухов, и они по внешнему виду превращались в кур. Хорошенькие трехцветные рисунки птиц-евнухов принесли немалую славу М.М.Завадовскому. Это были его наиболее существенные успехи в жизни. Но он не был оригинален…»