Читаем Робот и его девочка полностью

Маруся скинула куртку и стянула с себя промокший свитер, оставшись в футболке. Вещи стоило бы просушить, но не щеголять же перед Пашкой в трусах и с голым пупком! Не настолько они друзья! Вопрос разрешился спустя минуту: в ванной обнаружились два халата. Великоваты, на людей постарше, и всё-таки лучше, чем ничего.

Насухо вытершись, Маруся напялила халат, завернула рукава, получше замоталась в полы и подвязала их поясом. Пашка дождался очереди и проделал то же самое.

Дети, не сговариваясь, распределили комнаты и принялись застилать постели. Бельё на полках оказалось свежим, пахнущим цветочным кондиционером. Создавалось ощущение, что они не в плену, а где-нибудь в доме отдыха или санатории. Не хватало шведского стола с неограниченным количеством подходов. Почему он «шведский», Маруся не знала. Встречала название в старых фильмах или книгах. Она уже точно не помнила.

Хлопнула дверь. Вернулся Саня с провиантом. Как по заказу!

– Не спите? – он прошёл на кухню. – Тогда идите сюда, объясню.

Дети прошлёпали босыми пятками по полу и уселись за стол.

– Вот, – Саня вытащил из рюкзака две банки, – концентрат. Очень питательный, на ночь не пейте. Консервы. Жмёте сюда, ждёте минуту, пока подогреется. Крышка сама отщёлкнется. Если греть не хотите, тыкаете сюда, снимаете крышку. Понятно?

Маруся и Пашка закивали.

– Вода. Пейте хоть из-под крана, она чистая. В бутылках – специальная. Минералы там, витамины. Я не врач, точного состава не знаю. Вкуснее и полезнее обычной однозначно. Ешьте, пейте и ложитесь. Завтра в девять командующий ждёт вас у себя на новый допрос. Зайду за полчаса, разбужу.

Когда Саня ушёл, Маруся взяла банку с концентратом, повертела в руках, пытаясь найти состав, ничего не обнаружила, вскрыла и сделала глоток. Тягучая жидкость неохотно поползла в рот, наполнив его какой-то запредельной приторностью.

– Фу! – сморщилась Маруся. – Как они его пьют?! «Концентрат»! Он же слаще самого сахара!

– О, – обрадовался Пашка, – ты вспомнила, что умеешь разговаривать? Почти полчаса молчала. Я думал, язык проглотила.

– О чём говорить-то?! – буркнула Маруся. – Из-за моей глупости мы вляпались в неприятности. Хоть не пристрелили, и то хорошо.

– Ну-ка, ну-ка, повтори ещё разок! – Пашка изумлённо уставился на подругу. – Я не ослышался? Ты признала свою неправоту?

– А зачем отпираться? – вздохнула Маруся. – Если спасёмся, никогда больше Макара не ослушаюсь.

IV

«Барс» преодолел очередной ухаб и, наконец-то, выехал на остатки асфальта. Подкатил к воротам и остановился. Пусть видят, что не планируют прорываться. Тимур открыл дверь, вылез из бронемашины и показал в камеру пустые руки. Оружия у разведчиков и так не было, но лучше дополнительно акцентировать внимание, чтобы исключить недопонимание.

Хлопнули двери, и к Тимуру присоединился Сима с Макаром. Последний прибыл сразу, как узнал, что школьники найдены и находятся в плену. Добирался своим ходом, сделав изрядный крюк по просёлкам, дважды едва не застрял. Хорошо, не додумался через лес напрямую, иначе бы пришлось спасать ещё и робота-помощника.

Утро окончательно изгнало остатки ночи. Облака неспешно ползли по небосклону, делая вид, что не имеют никакого родства с дождевыми тучами, неистово лупившими по лесу струями воды. Солнце пока пряталось за деревьями, подкрашивая их макушки золотистым цветом, который характерен лишь сентябрю. По крайней мере, для романтиков. Физики бы фыркнули и принялись объяснять природу оптических явлений. Да кому интересно их слушать-то, занудных очкариков?!

Со стороны КПП показались микоиды. Пятеро. Двигались они так же неторопливо, как и облака на небе, просто по другой причине. Двое контролировали фланги, один – тыл, оставшиеся держали на мушке переговорщиков. Какой смысл прикрывать тыл, Тимур не понимал. Возможно, перестраховываются.

Микоиды остановились. Ворота не открыли, что никак не мешало диалогу. Внешне биороботы действительно мало отличались от людей. Посмотрев на них, Сима понял, что именно казалось ему странным. Те самые прожилки в коже, которые так напугали Марусю. Они располагались под самой её поверхностью и сплетались в странные узоры, больше напоминавшие татуировки или неглубоко залегающие омертвевшие сосуды. Крепкие физически, микоиды ростом не дотягивали ни до Серафима, ни, тем более, до Тимура. Мускулатура тоже выглядела скромнее. Но Сима понимал, что не следует обманываться. Тот, кто их спроектировал, явно стремился к балансу всех характеристик, нацеливаясь на эффективность, а не эффектность.

Будучи практически копиями друг друга, биороботы отличались лицами. Каждое из них не походило на остальные, неся на себе индивидуальные черты. Разве что искусственные глаза с неживыми белками и белоснежные зубы придавали облику микоидов одинаково устрашающий вид.

– С кем имею честь? – спросил Тимур.

– Сержант, – представился ближайший из биороботов.

– А имя есть? – поинтересовался у него Тимур.

– Сержант, – отрезал тот.

– Я Тимур, командир научной разведки. Мы прибыли для переговоров. Оружия у нас нет, намерения самые благие.