Читаем Робот и его девочка полностью

В лабораторию зашёл Константин Эдуардович, начальник Толика. Он носил острую бородку и очки, хотя на зрение не жаловался. Худощавый, с всклокоченными волосами, он старался максимально соответствовать образу Циолковского. Надо признаться, что и с умом у него было всё в порядке, поэтому подражание кумиру было простительно.

– Ну, Анатолий, чем порадуете? – осведомился Константин Эдуардович.

– Да ничем, – буркнул Толик. – Вот, смотрите…

Молодой человек начал показывать руководителю свои наработки и критиковать их слабые места.

– Я переоценил свои силы, – резюмировал Толик. – Прошу применить ко мне меры дисциплинарного взыскания.

– Не согласен, Анатолий Семёнович, – Константин Эдуардович затряс головой так, что чуть не потерял очки, – вы в который раз доказали, что отлично справляетесь со своими обязанностями и вам можно доверять сложные задачи!

– Не понимаю…

– Вы только что рассказали мне, что ваша модель неидеальна и вы опасаетесь, что есть вероятность гибели людей! Нет, вы не стали убеждать меня, что всё будет хорошо. Вы подумали о других! О своих коллегах! Товарищах! И после этого вы мне говорите, что вас надо наказать?!

Толик смущённо улыбнулся.

– А как иначе-то?! Жизнь человека важнее всего на свете!

– Золотой вы мой! – Константин Эдуардович пожал Толику руку. – Я обязательно напишу про вас Павлову!

Довольно мурлыкая под нос, он вышел.

II

– Маруся, – позвала Тамара Сергеевна, – можно тебя на минутку?

Маруся отложила пробирку и подошла к завотдела.

– Смотри, – Тамара Сергеевна протянула ей планшет, – из головного института пришёл формуляр. Нужно пройти тестирование и отправить им результаты. Задача ответственная, поэтому на сегодня больше никаких поручений не будет.

– Надо, наверное, график с девчонками составить, чтобы все успели его выполнить, – предложила Маруся.

– У них свои задания. Этот тест только тебе.

– Почему?

– Так решили там, – Тамара Сергеевна указала пальцем куда-то вверх.

Маруся удивилась, но она не имела привычки обсуждать данные ей указания. Сумевший приручить бывшую хулиганку Макар мог собой гордиться. Устроившись в углу лаборатории, Маруся взялась за тест. Он был странным и на тест совсем не походил. Варианты ответов отсутствовали, всё приходилось писать самой. Вопросы тоже обескураживали. Они совершенно не относились к её будущей специальности. Создавалось впечатление, что произошла ошибка в распределении и Маруся попала не в НИИ генетики, а куда-то ещё, где строгий директор спрашивает девушку о вещах, о которых она не имеет представления.

Когда Маруся всё доделала и отложила планшет, выяснилось, что рабочий день уже заканчивается. Все переодевались и собирались расходиться по своим кружкам и секциям.

– Маруся, ты идёшь? – спросила Соня.

Они занимались в одном здании, но Соня выбрала для себя драмкружок. Ей больше нравилось перевоплощение, чем скучная возня с камерами и штативами.

– Да-да, конечно! – Маруся бросилась в раздевалку.

III

Новосибирская область, 2349 год.

Поскольку Этот планировал однажды издать книгу, моменты, которые он считал важными, помощник записывал в виде аудио- и видеофайлов. Робот иногда возвращался к ним, конспектировал какие-то особенно значимые события, освежал в памяти что-то. Честно говоря, ни освежать, ни конспектировать ему не требовалось. Сознание Н101 было устроено таким образом, что они помнили всё и всегда. Этому же просто нравился сам процесс. Он не знал, склонны ли к такому другие роботы-помощники или нет, но провести исследование на эту тему было некогда.

Сейчас он пересматривал их разговор с Павловым в первый день знакомства.

– Профессор, а как вам удалось столько прожить? – спросил Этот из видео.

– Я ждал этого вопроса, – ответил Павлов. – Помимо клонирования человека, в нашем НИИ разрабатывалась технология замедления старения организма. При правильном питании, здоровом образе жизни и поддерживающей терапии мозг способен жить до двухсот лет. Исследования были направлены на решение важной прикладной задачи. Выращенные клоны-первопроходцы должны были жить максимально долго, чтобы подготавливать Марс к волнам экспансии без постоянной замены квалифицированных специалистов. Вновь прибывших колонистов, таким образом, удалось бы быстро ввести в курс дела и включить в работу под присмотром опытных коллег.

– То есть, когда вам стукнет двести лет, нам придётся копать рядом с институтом яму и писать на надгробье «Безвременно ушедшему от любящих роботов»?

– Нет. Существовал ещё проект «Смотритель». Он был разработан строго под меня, поэтому я вряд ли когда-то рискну провести эксперимент на другом человеке. Речь о переносе слепка сознания в другое тело.

Роботы ахнули.

– Всё немного не так, как в романе Ричарда Моргана, но да, по достижению определённого возраста я сменю тело.

– А что произойдёт со старым?

– Это просто оболочка, которая подлежит утилизации.

– Но почему тогда эту технологию не масштабировали на всех людей? – поинтересовалась Мама. – Можно же было сделать слепки сознания самых умных, например, а не держать тут миллион эмбрионов, которых потом придётся растить и обучать всему заново.