Читаем Робкое дыхание полностью

С первого же мгновения, как она вошла в комнату под руку с Георгосом и сотни любопытных глаз устремились на нее, она превратилась в трясущееся и дрожащее существо.

Но когда последние капли ее мужества стали иссякать, из смеющейся, болтающей, танцующей толпы вышел Янис и спас ее. Как он был добр, уведя ее от Георгоса, принеся бокал вина и отыскав затем слабо освещенное местечко на террасе, где они смогли спокойно сесть подальше от пытливых глаз.

– Мне очень жаль, что так получилось с ребенком, – вдруг сказал Янис, когда они остались одни. – Но, может, это и к лучшему...

– Может быть, – вздохнула она.

– И что вы теперь собираетесь делать?

– Не знаю. – Она отпила глоток сухого белого вина, которое принес Янис, и решила, что предпочитает красное. – Думаю, надо бы уехать из этого дома. Я надеялась, что Рита меня возьмет.

Янис выглядел озадаченным.

– А Рита об этом знает?

– Э-э... нет, еще нет.

– Мне кажется, вряд ли стоит это делать.

– Почему вы так говорите?

– Что? А... э-э... просто так. Но мне казалось, вы счастливы здесь.

– Была, – ровным голосом сказала она. Он нахмурился.

– Георгос что-нибудь сделал или сказал?

– С ним трудно ладить, – уклонилась она от ответа.

– Правда. Зато со мной легко. – Он улыбнулся, излучая спокойное обаяние, которого она могла не бояться. Но уже через десять минут Иви обвела глазами террасу, бессознательно отыскивая Георгоса. Несколько пар танцевали у бассейна, его там не было.

Иви слегка повернулась в шезлонге, чтобы в открытое окно увидеть гостиную, заполненную группками хорошо одетых и в основном молодых людей.

Наконец она отыскала глазами Георгоса – он сосредоточенно беседовал возле бара с какой-то очень хорошенькой блондинкой не старше ее. Он улыбался и смеялся так, как не улыбался и не смеялся с ней никогда. Увидев, как он расточает внимание этой девушке, Иви почувствовала острый укол и неловкость. Но ведь не может она его ревновать?!

– Хотите потанцевать? – спросил Янис.

– Я не умею, – с виноватой улыбкой призналась она. Ей не разрешали ходить на танцы, следуя строгим традициям воспитания девочек. Ей не дозволялось ни посещать вечера, ни даже ездить на некоторые школьные экскурсии. В этом ее мать, чей бунтарский дух был укрощен человеком, пускающим в ход кулаки, когда он злился, поддержала отчима.

– Это ничего, – успокоил ее Янис. – Смотрите. Оставьте ваш бокал... А теперь дайте мне руку... – Он поднял ее на ноги и привлек к себе. – Обхватите мою шею руками и просто передвигайте ноги в такт музыке. Два скольжения вправо, одно влево. Да, вот-вот. Очень хорошо. У вас врожденное чувство ритма.

– Чего не скажешь о здравом смысле, – протянул у нее за плечом Георгос, – если она позволяет такому повесе, как ты, танцевать с ней в темном углу.

Резко повернув голову навстречу его горящему взгляду, Иви попыталась отстраниться, но Янис крепче притиснул ее к себе. Одна его рука скользнула в разрез у нее на спине, пальцы распластались на голой коже.

Иви была слишком ошеломлена, чтобы что-нибудь предпринять.

– Чья бы корова мычала, приятель, – бархатным голосом возразил Янис, продолжая медленно кружить Иви в их укромном уголке. – И потом, она ведь свободна? Я так понимаю, что скоро вы благопристойно разведетесь. Она уже поговаривает о том, чтобы уехать из вашего дома, так что нет смысла разыгрывать из себя недовольного телохранителя. Как только Иви заживет самостоятельно, она сможет делать что ей угодно и видеть кого угодно. Надеюсь, она захочет видеть меня.

Он улыбнулся ей в лицо бесовской улыбкой, его руки под платьем двинулись дальше, отчего глаза Иви широко раскрылись, а кожа покрылась мурашками от тревоги и внезапного отвращения. И все же у нее не было сил изменить ситуацию.

– Нет, если я смогу этому помешать, – рыкнул Георгос, схватив ее за руку и выдернув из объятий Яниса. Она вздохнула с облегчением, почти счастливая тем, что находится в сравнительно безопасных объятиях Георгоса, хотя он и стиснул ее до боли крепко.

– Исчезни, Яиис, – проскрежетал он.

– Ты никогда не умел делиться, Георгос, – рассмеялся Янис.

– Здесь не о том речь, а о защите. Оставь... Иви... в покое. – Каждое слово словно резало бритвой, и Иви содрогнулась.

– А почему это? – бросил в ответ Янис. – Мне-то Леонидас не был братом, и я ему перед смертью ничего не обещал. И потом, Иви не ребенок. Она вполне взрослая женщина. Ты, что, не заметил?

– Заметил, – снова пустил в ход бритву Георгос. – Но опыта у нее немногим больше, чем у ребенка.

Иви открыла было рот, чтобы возразить, но раздумала. Он был прав... в некотором роде. У нее действительно мало опыта – и жизненного, и сексуального. Иначе она бы знала, как ей поступить минуту назад, когда Янис начал ее тискать.