Читаем Рита полностью

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Антонин Долохов собственной персоной. Рита мельком взглянула на разъяренного мужчину и вернулась к своим ногтям.

Перед ней шлепнулась газета; на колдографии пьяный в дым Долохов, держась одной рукой за шест, крутанулся вокруг него и подмигнул Рите.

— Если вы хотите передо мной похвастаться, то не стоит, я прекрасно знаю, что здесь написано, а то, что представлено на колдографии, еще и видела воочию, — Рита отодвинула в сторону скандальный выпуск «Пророка» и отменила заклятье покраски ногтей. — Как вам? По-моему, очень нежный цвет, — она помахала рукой перед лицом нависшего над ней мужчины.

Кулаки у Долохова непроизвольно сжались, он явно очень желал, чтобы под его руками оказалась изящная шейка этой журналистки.

— Это что? — прошипел Долохов, через стол наклоняясь к Рите.

— А на что это похоже? — Рита посмотрела прямо в светло-карие глаза, оказавшиеся так близко от ее лица.

— Что это значит? — Долохов выпрямился, схватил газету и принялся зачитывать: — «Настолько вызывающее поведение одного из самых рьяных приверженцев теории превосходства чистокровности наталкивает на мысль, что он несколько преувеличивает свою приверженность. Вообще, поведение мистера Долохова говорит об обратном. Наши читатели ведь помнят, что директор Хогвартса предпочитает принимать на службу преподавателей в третьесортных кабаках? Похоже, его идеями прониклось гораздо больше выпускников Хогвартса, чем нам всем казалось прежде, иначе чем объяснить то, что Антонин Долохов вытворял на барной стойке маггловского бара? К тому же, мне по секрету объяснили, что палка, за которую он держится, на самом деле является шестом, вокруг которого маггловские танцовщицы исполняют танец с постепенным раздеванием до полного обнажения. Мы не знаем, как далеко зашел в своих забавах этот представитель магической аристократии, да если бы и знали, то пощадили бы скромность добропорядочных магов…»

— По-моему, текст предельно ясен и не нуждается в толковании, — Рита наклонила голову набок и с любопытством смотрела на Долохова. — Да, можно поинтересоваться, если бы вы знали предназначение этого шеста, вы бы порадовали смотрящую на вас женщину полноценным стриптизом?

— Вы… вы… вы хоть понимаете, что упоминание моего имени рядом с именем Альбуса Дамблдора поставило под сомнение мою лояльность идеям, которые я считаю единственно правильными?!

— Понимаю, но кто в этом виноват, если не вы сами? — Рита пожала плечами.

— Вы выставили меня на посмешище. Вы думаете, у вас одной были вопросы на тему этого Мерлином проклятого шеста?

— Вы повторяетесь, — Рита представляла собой абсолютное спокойствие, хотя в глубине души тряслась от страха. Эта статья не планировалась, и она не успела как следует подготовиться к этой встрече. Журналистка в очередной раз зареклась делать что-либо, поддавшись эмоциям.

— Со мной были молодые люди, имена которых не указаны в этой статейке, — Долохов внезапно успокоился. — Мы с друзьями посовещались и попросили вашего главного редактора взять на стажировку двух парней, которые, возможно, изберут своей будущей профессией журналистику. Также мои влиятельные друзья попросили, чтобы стажировались они под вашим чутким руководством. Нам пошли навстречу.

— А жить они в моем доме не будут? — Рита откинулась на спинку стула. Этого она не ожидала; ей подсунули шпиков, чтобы если не обезвредить наглую журналистку, то хотя бы быть в курсе ее опусов, а не получать плевок в виде утреннего выпуска на завтрак.

— Если потребуется, — процедил Долохов.

— Нет, я на это не согласна, — протянула Рита. — Молоды они еще в одном со мной доме ночевать.

— Ничего, вдвоем справятся, — Долохов снова сжал кулаки. Рита внезапно поняла, почему он просто не убил ее на месте. Они не знают, что ей известно. Не знают размер того компромата, которым она владеет, и у них нет никакой уверенности, что после ее смерти или «несчастного случая» вся эта правда жизни не появится на страницах газет. Если имена Пожирателей будут обнародованы, да еще и с доказательствами, им резко станет неуютно жить. Не так уж Пожирателей и много, чтобы в открытую объявить о себе. Ведь кроме Ордена вполне могут появиться группы каких-нибудь «народных мстителей». Одно дело догадываться, и совсем другое — знать наверняка. Рита улыбнулась.

— Судя по всему, вы бы порадовали меня приватным танцем своего исполнения, — она плотоядным взглядом окинула фигуру мужчины. — Может, сходим куда-нибудь? — она рассмеялась, когда Долохов шарахнулся от ее стола. — Вам мальчишек-то не жалко?

Ответить Антонин не успел, дверь снова открылась, и в кабинет втиснулся главный. Он взглянул на Долохова и, не выдержав, хихикнул, затем посмотрел на Риту.

— Дорогая, — он вздохнул. — Меня попросили очень серьезные люди… в общем, принимай стажеров, — в кабинет протиснулись четверо молодых людей. В двух черноволосых Рита опознала Снейпа и Регулуса Блэка, а вот рыжеволосые близнецы были ей явно незнакомы. — Северус Снейп, Регулус Блэк, Гидеон и Фабиан Пруэтты.