После секундной паузы наверху раздалось шарканье ног. На ступеньках показался мужчина и стал осторожно, словно сомнамбула, спускаться. Да Силва отошел в сторону, зажег верхний свет и направил револьвер вверх. Конус яркого света вырвал из полумрака небольшую фигуру. Сначала короткие ноги в начищенных до блеска туфлях, потом округлое брюшко и сжатые в кулаки ручки, потом полное лицо с ниточкой усов над верхней губой и редкими волосами, местами вроде бы крашенными. Он спустился и остановился, глядя на двоих широко раскрытыми блестящими глазами. Уилсон повернулся к капитану да Силве.

— А это ещё кто?

— Это? — да Силва помолчал, разглядывая маленького толстяка с интересом врача-клинициста. — Это ненасытное, жестокое и неблагодарное чудовище с непомерными амбициями. Которому бы все могло сойти с рук, если бы он оказался чуточку по смышленее. Он явился причиной смерти трех человек, один из которых работал у меня в команде и которого нам всем будет не хватать…

Коротышка собрался что-то сказать, но передумал. Большой смуглый капитан вызывал у него страх. Его пухлое лицо побледнело, на лбу выступили бусинки пота.

— Хочешь, чтобы я вас представил друг другу? — да Силва картинно взмахнул рукой. — Сеньор Уилсон, сотрудник американкого посольства, мой хороший друг… А этот гад — сеньор Алвинор Доркас, брат Хуана Доркаса но, к несчастью для него и его наполеоновских планов, отнюдь не наследник своего брата…

Глава 10

Уилсон наблюдал, как капитан да Силва решительным шагом огибает столики переполненного зала ресторана "Сантос Думонт". Он налил брэнди в пустую рюмку до краев, после чего отставил её на противоположный край столика. Да Силва с видимым облегчением снял пиджак, повесил его на спинку стула и буквально упал на сиденье. Заметив стоящую перед ним рюмку, он улыбнулся.

— Мог бы для начала поздороваться, — бросил Уилсон.

Рука с рюмкой замерла в воздухе.

— Привет, дружище! — Капитан выпил брэнди, поставил рюмку и строго посмотрел на приятеля. — Никогда не прерывай это священное действие, я  же чуть не пролил.

— Прошу прощения! Ну вот, — удрученно проговорил Уилсон, — я хочу как лучше, все подготавливаю, а вместо благодарности всегда слышу одни упреки. И так каждый раз.

— Нет, я тебе очень благодарен. Мне эта рюмка была как глоток воды для умирающего от жажды.

Уилсон потянулся к бутылке.

— Ну что, всех проводил?

Да Силва радостно закивал.

— Всех до единого. И вовремя. Последняя группа улетела из Галеао час назад. После того, как глава их делегации произнес прочувствованную речь про нашу гостеприимную страну и красоту нашего города. Приятно, наверное, быть полицейским в городе, где высокие гости не в состоянии придумать повод для приезда — на Камчатке, например.

— Или у нас на Среднем Юго-Западе, — подхватил Уилсон. — Теперь тебе ничего не мешает обедать сняв пиджак.

— Это точно! И уж давно пора. А то я даже начал ходить переваливаясь как гусь, а моя горничная жалуется, что пиджак так растянулся, что соскакивает с плечиков. И портной в претензии: говорит, я у него отбиваю клиентуру таким плохо сидящим пиджаком. Хороший денек! — он взглянул в окно.

— Ну если ты окончательно пришел в себя, может быть, посвятишь меня в дело Доркаса? Я же так до сих пор остаюсь в неведении. После того, как ты в моем присутствии арестовал Алвинора, мы с тобой толком и не поговорили.

— Мда… Я все никак не привыкну к мысли, что это не ваши ребята завербовали Себастьяна. Ну, так с чего начнем?

— Может быть, с самого начала?

— Здравое предложение. Ну что ж, жили-были два брата — Хуан и Алвинор Доркас. Они были поразительно похожи, но тем не менее у них было очень мало общего. Алвинор был лоботряс и гуляка, а Хуан…

— Погоди, — оборвал его Уилсон. — Давай пропустим пору счастливого детства. Как тебе удалось выйти на Алвинора?

— С твоей помощью. Ты меня на него вывел — за что я тебя и благодарю. Ты очень прозорливо посоветовал мне найти сухогруз, старпом которого был фотографом-любителем, и вдруг увидел на одной фотографии человека, очень похожего на Хуана Доркаса. Это была мужская фигура, склонившаяся через борт, да ещё стоящая спиной к зрителю. Но я тогда решил, что это Хуан…

— Ты тогда подумал не только о Хуане, но и о том, что ЦРУ…

— Верно, — кивнул да Силва. — Ну так что, рассказывать дальше об этом блестяще проведенном расследовании или расточать тебе извинения?

— И то и другое, — хмуро ответил Уилсон.

— Хорошо, тогда сначала о деле. Мне показалось странным, что такая фигура как Доркас плыл на одном судне вместе с профессиональным киллером. Да ещё и на сухогрузе. И что уж было совсем странно — я получил анонимное письмо из Салвадора-де-Баия — там сухогруз стоял как раз в день отправки письма, — где сообщалось о планируемом убийстве Доркаса.

— Письмо? Ты мне ничего не говорил о письме!

Да Силва пожал плечами.

— Не хотелось тебя оскорблять в лучших чувствах. В письме содержался намек, что ваше правительство было бы заинтересовано в убий… устранении Хуана Доркаса. В общем, я понял, что ЦРУ, возможно, и в самом деле никакого отношения к этому не имеет…

— Возможно!