Читаем Риск - мое призвание полностью

Похоже, администрация отеля "Миракопа" не только оскорбляла своих американских постояльцев, отключая воду в номерах, но зашла ещё дальше. Телефонистки либо не говорили по-английски, что конечно же, было намеренным жестом против многочисленных американцев, проживавших в отеле, либо же (как подозревал круглолицый бизнесмен из Зении) они говорили по-английски, но притворялись, что нет — что создавало ситуацию и вовсе вопиющей. Уилсону, окончательно запутавшемуся в этом клубке изощренной логики, удавалось только время от времени поддакивать и гадать, неужто весь его рабочий день пройдет в бесплодных дискуссиях с этим занудой. Одно хорошо: по крайней мере, маленького толстяка из Зении никто не ущипнул за зад на улице.

Внезапный телефонный звонок на время спас Уилсона от неминуемых вопросов, что же он намерен все-таки делать. Уилсон небрежно снял трубку с рычага, извинился перед посетителем, прервав его на полуслове, и обратил все свое внимание на телефон.

— Слушаю?

— Здравствуйте, босс. Хотите чтобы я вас спасла? — спросила его секретарша из приемной.

— Мечтаю! — и Уилсон мысленно возблагодарил Господа за то, что предпочел умненькую Мэри более фигуристым (и, возможно, более пригодным для выполнения секретарских обязанностей) кандидаткам.

— Ну тогда вы спасены. Звонит Дона Илезиа из "Больницы страждущих". Там только что произошло грандиозное происшествие. Она хотела бы его с вами обсудить.

— Я тоже! — радостно сказал Уилсон. — Я ей очень благодарен за это. Переключи её на мою линию. — Он прикрыл микрофон ладонью и, мило улыбнувшись, добавил. — Это ненадолго.

Бизнесмен недовольно кивнул, явно подавив горячее желание высказать чиновнику свое возмущение. Наглым обхождением с американскими туристами, похоже, отличаются не только местные отели. В конце концов, если американский гражданин не имеет преимущества в приеме в собственном посольстве, совершенно ясно, что с этим надо что-то делать.

В трубке раздался громкий щелчок: секретарша переключала линию — и тотчас на другом конце провода послышался голос старшей сестры больницы. Она была взволнована,

— Senhor Wilson?

— Falando. Que posso fazer p`ra Senhora?

Брови посетителя поползли вверх: он не на шутку встревожился. Похоже, ему показалось весьма странным — если не сказать непатриотичным, — что американский чиновник на рабочем месте вдруг стал изъясняться на иностранном языке — к тому же находясь на территории посольства США. Кое-кто, говорил его пылающий взгляд, узнает о столь возмутительном поведении сотрудника службы безопасности. Уилсон, читая мысли посетителя, пожалел бедного посла и подавил улыбку.

Дона Илезия помолчала и заговорила вновь.

— Мне очень не хотелось отрывать вас от дел, сеньор Уилсон, но я просто не знаю, что делать. Мне уже дважды звонили сегодня утром из штаба ВВС. Первый раз когда я пришла, а второй раз — всего несколько минут назад. О том матросе…

Уилсон нахмурился. И его хорошее настроение сразу испортилось. Его прервали на середине идиотского разговора только для того, чтобы втянуть в другой идиотский разговор. Что странно, потому что Дона Илезия отличалась отменным здравомыслием, хотя в такой день всякое возможно…

— ВВС? Матрос? — Он недоуменно уставился на телефонную трубку. — А какое отношение ВВС имеет к матросам?

— Вы не поняли, сеньор Уилсон, — терпеливо продолжала Дона Илезия. Капитан торгового судна "Санта Эужения" послал им телеграмму из Монтевидео. Он спрашивал о здоровье своего стюарда. Ну и, естественно, они перезвонили мне. Дважды. А я и не знаю, что им сказать.

Уилсон помотал головой, точно стряхивая туман или алкогольные пары.

— Вы правы, Дона Илезия. Я не понимаю. — Он крепко сжал трубку. — Раз речь идет о больнице, то единственное, что я могу понять — так это то, что матрос с торгового судна и есть ваш пациент. Но я все равно не понимаю, какое к этому отношение имеет ВВС и почему капитан корабля не связался непосредственно с больницей.

— Потому что не знал, в какую больницу отправят матроса. То есть в какую больницу направит больного служба береговой охраны. В Рио как-никак двадцать крупных клиник. Они же могли отправить его…

— Ах вот оно что, — воскликнул Уилсон, когда осколки загадочной истории наконец-то сложились в ясную картину. — Теперь я кажется понимаю, что произошло… Итак, береговая охрана сняла больного матроса с борта торгового судна и отправила его к нам. К вам. И вот теперь капитан корабля, прибыв в порт назначения и движимый заботой о члене своего экипажа, хочет справиться о его здоровье. Что ж, это не такое уж невероятное желание. Так в чем проблема?

— Но…

— А, вас волнует вопрос безопасности. Из какой страны был этот корабль?

— Судно португальское..

— Португальское? Не советское! Ну тогда можете им сказать все начистоту.