Читаем Рифы Космоса полностью

Робот висел над ним в комнате. Его блестящий черный корпус отражал все, происходившее в комнате. Плазменное щупальце, замерев, метнулся в сторону Квамодиана, сканируя его лицо.

— Сэр, вы не можете нас прервать, — мелодично сообщил он, и голос отозвался звонким эхом, словно горсть камешков была брошена под низкий голубой купол комнаты.

— Нет, инспектор, имею право. Я превосхожу вас званием. Я — монитор Товарищества Звезды Андре Квамодиан.

— Даже в этом случае, — затрезвонил робот. — Сегодня вы не имеете права приказывать мне. По новому соглашению в День Звезды позволяется не подчиняться официальным приказам, если таковые нарушают отправление добровольных религиозных обрядов. Мое преподавание в этом классе — добровольный религиозный обряд.

Но Энди Квам стоял на своем, презрительно не обращая внимания на плазменный эффектор, которым робот пытался заставить его сесть на место или уйти.

— Робот, случилось чрезвычайное происшествие. — Он услышал возбужденный говор детей и заговорил потише. — Чрезвычайно серьезное, как я опасаюсь. Только что в ближайшие холмы ударили два плазменных разряда с Солнца. Могли пострадать люди. Возможно, даже погибнуть.

Осторожно, но непоколебимо плазменный эффектор свернулся кольцом вокруг плеча Квамодиана и заставил его вернуться к скамьям, несмотря на сопротивление.

— Вам придется подождать, сэр, — пропел робот под несмолкаемое перешептывание довольных развлечением детей. — Присаживайтесь и успокойтесь. Теперь внимание, я продолжаю рассказ о Посетителях и чудесных дарах, которые они принесли людям.

Энди Квам чертыхнулся про себя, но было ясно, что упираться не стоит. Он гордо прошествовал в дальний конец класса, где Руф встретил его одобрительной ухмылкой.

— Так его, Проповедник! Мы тоже не очень жалуем этого робота.

— Тише! — со свирепым видом одернул мальчика Энди. Он сел на скамью, продолжая мрачно пожирать глазами темный продолговатый корпус робота, на котором сверкал серийный номер, как раз под эмблемой, изображающей орбитальный узор Альмалика. Возможно, сегодня с роботом справиться трудновато, но завтра будет совсем иное дело.

— Фузориты, — мелодично вещал робот, втянувший плазменный эффектор и всплывший теперь еще выше к голубому куполу, — еще более древняя, чем звезды, форма жизни. Это замечательные существа. Они микроскопических размеров и черпают энергию жизни, сливая атомы водорода в термоядерной реакции синтеза. Они так давно эволюционировали в космосе, что сейчас насчитывается миллион различных видов этих существ. Рифы Космоса были построены из атомов, которые были синтезированы определенным видом этих существ. Посетители, особая разновидность фузоритов, в качестве симбиотов способны жить в крови таких существ, как люди.

— Клопы! — прошипел рыжеволосый мальчик, наклоняясь к Квамодиану. — Мой па говорит, что они просто паразиты, и дело с концом.

— Удивительное сотрудничество людей и фузоритов, — заливался сладкоголосый робот, — приносит выгоды обеим сторонам. Никто не остается обделенным, ибо Посетители удивительно мудры и справедливы. Им удалось создать транзитные интеллектоматрицы, которые связывают в единое целое все их колонии, соединяя их с мыслящими звездами. Таким образом, мы все объединены в единого множественного гражданина Вселенной, называемого Лебедь, ведущей звездой которого является Альмалик.

— Порабощены — вот что это значит, — прошептал рыжеволосый.

— То есть, — пел робот, и его плазменный овал ритмично пульсировал, — мы присоединяемся к нему, если примем дар Посетителей. В единый день посвящения в союз Звезды яркими золотыми искрами загораются они на вашей коже. Их колонии проникают в каждую клетку вашего тела. Они уничтожают всех паразитов и все больные клетки и будут поддерживать ваше тело в вечно молодом состоянии. Они принесут вам полнейший покой и вечное счастье. В этом и заключается дар Посетителей.

— Чушь собачья! — прошептал рыжеволосый. — Проповедник, почему вы не заставите его заткнуться?

— И сегодня вместе с нами в День Звезды, — поющий голос робота стал выше и громче. — Да, дети, нам повезло, мы благословлены Посетителями. Потому что сегодня с нами монитор Товарищества Звезды!

Подобно молнии, бледно светящийся эффектор ринулся вперед и превратился в поток яркого света, заливший лицо Энди. Все дети повернулись в его сторону.

— Ибо великий Альмалик может лишь помогать нам, направлять нас по верному пути, но не может оберегать наши права и сразиться за них. Вместо него сражаются члены Товарищества — монитор Андре Квамодиан, а также ваш верный слуга.

Энди Квам подавил гневный порыв. Его разрывали два противоположных побуждения — желание гордо покинуть комнату и желание вскочить со скамьи и при всех разоблачить этого своенравного робота, который рассуждал об обязанностях, а на деле отказался помочь перед лицом чрезвычайно опасного происшествия, когда могли пострадать и даже погибнуть люди.