Читаем Рифы Космоса полностью

Ожидая ответа Молли, он нетерпеливо хмурился. Он знал, что сигнал уже мчится к далекой Земле, пока его невидимые импульсы автоматически отыскивают кратчайший маршрут по транзитным соединениям между перемещающимися витками гиперпространства, где долгие световые годы сокращаются до микросекунд.

Язык плазмы завершил работу и исчез, оставив панель пустой. Компьютер со щелчком выключился. Вокруг тихо гудел дом, тихо и уютно. Он принялся шагать вокруг компьютера связи, глядя на мерцающие символы универсального хронометра.

Паника нашептывала ему, что Молли не ответит. Он не нужен ей без Скотта. Она знала, что малыш Энди Квам никогда не был полноправным членом исследовательской станции, а всего лишь своего рода подопытным кроликом. Скотт хотел проверить свое подозрение, он предположил, что необыкновенное чувство ориентации Энди является транзитным эффектом. Но когда исследования Блуждающих Звезд оказались более интересным проектом, Квамодиан был выведен из состава станции.

— Монитор Квамодиан! — тягучий голос машины заставил его вздрогнуть. — Мы получили ответ на ваше метагалактическое сообщение.

— Что… что там говорится? — голос его дрогнул.

— Ничего, сэр. Мы не смогли найти адресата.

— Почему? — заволновался он. — Что-то случилось с Молли Залдивар?

— У нас нет сведений, сэр.

— Запиши еще одно сообщение, — он постарался придать своему голосу уверенную твердость. — Молли Залдивар. Тот же адрес. Следующее сообщение: «Лечу на Землю. Подпись: Энди Квам».

Поспешно, но методически Квамодиан стал готовиться в далекий путь на Землю. Он подал своему непосредственному начальнику просьбу об экстренном отпуске по чрезвычайным обстоятельствам, оставил компьютеру инструкцию по присмотру за хозяйством и домом и приказал флаеру быть в готовности. Настроение его поднималось со скоростью левитатора, возносившего его на взлетную площадку на крыше, но едва он вышел наружу, как оно снова немедленно упало.

Так случалось всякий раз, когда он покидал свое кибернетическое убежище. Эксион вызывал у него тошнотворное чувство дезориентации. Эта планета была слишком далека от всех известных ему миров, слишком чужда всякой форме жизни. Какой-то несчастный галактический случай выбросил тройную звездную систему далеко за границы скопления, и университет избрал ее для организации станции, потому что ни одна искра жизни, в том числе и разумной, не вспыхнула на ее планетах.

Персонал станции подверг все двенадцать планет терраформированию и рафинированию в соответствии со своими разнообразными формами жизни. Сейчас эти планеты-сестры выстроились в небе, словно бусинки на невидимой нити. Каждая светилась характерным для нее светом синтетической биосферы: сверххолодного жидкого гелия, ледяного метана, горячего углекислого газа, кипящей среды или абсолютного вакуума.

Эксион-4 был приспособлен для дышащих кислородом. Человеческая зона обитания была создана уже под конец и в спешке. Скалистое днище кратера было герметизировано, температура и влажность доведены до пределов, обеспечивающих выживание человека. Но атмосфера зоны, все равно слишком тонкая и холодная, содержала слишком высокий процент углекислого газа и аммонийных соединений, сочившихся из скал на днище кратера. Слишком маленькая, чтобы создать чувство дома, планета слишком медленно вращалась вокруг своей очень наклоненной оси.

Содрогаясь, Квамодиан съежился под порывами ледяного ветра из смеси кислорода и гелия. Сопротивляясь первой атаке головокружения, он остановился, ища в небе знакомый ориентир над крутыми склонами кратера. Дыхание его стало ровнее и свободнее, когда он отыскал галактическое скопление — туманное пятнышко бледного света, частично заслоненное склоном южной стороны, более тусклое, чем самая слабая из планет системы Эксиона.

— Готовы, сэр? — флаер открыл дверь в свою кабину. — Куда лететь, сэр?

— В региональный транспортный центр. — Он вскарабкался на сидение. — Я очень спешу.

Флаер набирал высоту, пока фиолетовый карлик не показался над иззубренным, словно пила, горизонтом. Потом машина словно упала в тень и опустилась у освещенной рамки возле кубического здания трансфлекса. Купол контрольной службы промигал сигнал:

— Опознавательные данные, сэр.

Оставив флаер парить над рамой, он сообщил в купол свой стандартный отпечаток-матрицу и все, что касалось удостоверения его гражданства. Купол протянул бледный проворный щупалец плазмы, сканируя диск-паспорт Квамодиана с бесконечными рядами двоичных символов и голографией его темноволосой круглой головы.

— Ваша цель, сэр?

— Земля… то есть минуточку… э-э-э… планета 3, звезда 7718, сектор Зет-989 Кью, галактика 5. Перебросьте меня через станцию Мудрый Ручей на Октанте-5. У меня очень срочное дело. Требуется немедленная доставка.