Читаем Резервация полностью

Стинов с некоторым облегчением перевел дух. В секторе Ганди располагалось правление Комендантского отдела. То, что его везут именно туда, могло означать, что кто-то из руководства отдела пожелал встретиться с ним, прежде чем передать преступника информационникам. Вот только могла ли сулить подобная встреча хоть надежду на спасение?

Почти не замечая дороги, которой его вели, Стинов все свое внимание сосредоточил на подготовке к предстоящей встрече. Он был почти уверен в том, что она непременно состоится, и тщательно анализировал вопросы, которые могли быть ему заданы, старательно подбирая нужные ответы, взвешивая каждое слово и вымеряя паузы. Единственный шанс, который он должен был постараться использовать, заключался в том, чтобы заставить руководство Комендантского отдела поверить в то, что в качестве пленника он будет представлять для них гораздо больший интерес, нежели будучи преподнесенным в подарок Шалиеву. А для этого информацию, которая у него имелась, следовало выдавать не всю сразу, а небольшими порциями, постоянно поддерживая интерес комендантов к своей персоне.

По-прежнему в сопровождении четырех комендантов, к двоим из которых он был прикован наручниками, Стинов вошел в здание Центральной комендатуры, расположенное в глубине сектора, чуть в стороне от центрального прохода. Дежурившие у входа коменданты, должно быть, были заранее осведомлены о прибытии особой группы, потому что пропустили их беспрепятственно, не задавая никаких вопросов и даже не проверив документов.

На втором этаже Стинова провели по коридору, отгороженному от лестничной клетки решеткой, и поместили в комнату, которая вполне могла бы сойти за жилую. Вот только на внутренней стороне ее двери не было ни ручки, ни замка. А в остальном — вполне приличная комнатка.

Охранники, так и не произнесшие за все это время ни единого слова, сняли с рук Стинова наручники и вышли из комнаты, оставив его одного. В двери щелкнул запертый замок.

Стинов осмотрел свое новое обиталище. Стол, стул и убирающаяся в стену кровать — вот и все, что находилось в комнате. Стинов окинул взглядом потолок и стены, пытаясь определить места расположения скрытых микрофонов и видеокамер, посредством которых осуществлялся контроль за арестантом. Но, так ничего и не обнаружив, упал на кровать, закинул руки за голову и приготовился ждать.

Видимая расслабленность позы вовсе не соответствовала той высочайшей степени напряжения и готовности действовать, в котором пребывало его сознание. Его жизнь зависела от одной-двух фраз, которые он должен был произнести, как только в комнату войдет кто-то, кто захочет его выслушать. Впрочем, если это будут информационники, пришедшие, чтобы получить приготовленного к выдаче преступника, рот ему сразу же заткнут. Но если это будет кто-то из службы безопасности или из руководства Комендантского отдела, то с ними можно будет еще попытаться договориться. Стинову было известно кое-что из того, что, несомненно, могло представлять для них интерес.

Ждать пришлось недолго. Дверь открылась, и в комнату в сопровождении охранника с дубинкой в руке вошел человек в белом халате. В руках он держал такой же белый кейс с маленьким красным крестом в уголке. Охранник остался стоять возле двери, широко расставив ноги и взяв дубинку обеими руками за концы. Врач подошел к столу, поставил на него кейс и раскрыл его.

— Ну-с, давайте осмотрим вашу рану, — обратился он к поднявшемуся с постели Стинову.

— Я хотел бы поговорить с кем-нибудь из руководства отдела, — сказал Стинов.

— Мне поручено только осмотреть вашу рану, — ответил врач.

— А что потом? — спросил Стинов.

Врач молча пожал плечами.

Он снял с плеча Стинова пропитавшуюся кровью повязку, обработал рану вначале антисептиком, затем анестезином, стянул края раны хирургическими скобами и наложил свежую повязку.

— Рана неопасная, — сказал врач, складывая инструменты в кейс. — К тому же у вас потрясающая регенерационная способность тканей. Через пару недель останется только едва заметный след.

Захлопнув кейс и подхватив его за ручку, врач направился к двери.

— Вы не могли бы передать мою просьбу о встрече с представителем руководства? — поспешно окликнул его Стинов.

Врач, а следом за ним и охранник, ничего не ответив, вышли из комнаты.

Через пару минут дверь снова открылась.

Надеясь, что на этот раз наконец-то пришел тот, кого он ждал, Стинов вскочил с постели. Но это был всего лишь молчаливый охранник, принесший поднос с едой. Оставив поднос на столе, он, даже не взглянув на Стинова, удалился.

Решив, что нет смысла, мучаясь неизвестностью, еще и морить себя голодом, Стинов пересел на стул и пододвинул к себе поднос с тарелками. Еда была натуральной, так что поел он не только с аппетитом, но и с удовольствием.

В том, что за ним ведется постоянное наблюдение, Стинов убедился, когда закончил есть. Одновременно с движением его руки, отодвинувшей в сторону поднос, в комнату вошел охранник, забравший остатки трапезы.