Читаем Резчик полностью

— А потеряться среди них он не боится? — хмыкнул я.

— Отнюдь, — раздался голос хозяина. Он как раз спускался с верхнего этажа, держа в руках стопку желтых листов. — Собранные здесь поэмы и баллады лишь направляют меня, не давая сбиться с пути. Герцог Блэс, — он умудрился поклониться, не выпуская листы из рук.

— Рад тебя видеть в добром здравии Эрнест. Позволь представить моего зятя. Барон Берси Хок. А это, как ты мог догадаться, самый известный во всей империи поэт — Эрнест Сол.

— Не самый известный, — немного замялся поэт, но лесть ему пришлась по вкусу, — но узнаваемый и цитируемый.

Поэт был высок ростом и тощ как весло. Простой без шитья и украшений камзол висел на нем как на вешалке. Я бы дал ему лет тридцать, может чуть больше. Лицо приятное, гладко выбритые скулы и длинные волосы, стянутые на затылке толстой ниткой. Он немного щурился, и от этого казалось, что он хитрит или хочет обмануть. Опустив ношу на стопку из книг, он подошел к нам.

— Перед тем как узнать цель вашего визита, спешу предложить новый сборник романтических стихов. Ваша супруга, господин Блэс, будет довольна, смею вас заверить.

— Отправь с посыльным, — благодарно кивнул герцог. — Берси, если тебе когда-нибудь нужно будет поразить сердце женщины словом, — наставительно сказал он, — смело обращайся к Эрнесту. И это не только стихи, но и изысканные комплементы. Они, правда, стоят существенно дороже.

— Нет ничего дороже, чем внимание возлюбленной, — заметил поэт.

— Спасибо, запомню, — я натянуто улыбнулся.

— Может чаю? Или вина? — предложил Поэт.

— Нет, спасибо, я ненадолго, — герцог протянул ему кошель. — Здесь задаток по тому вопросу, о котором я писал раньше.

— А, героическая поэма. Двести страниц?

— Двести, — подтвердил Даниель. — Все, я вас оставляю.

Хлопнув меня по плечу, герцог умчался по делам. Я проводил его озадаченным взглядом.

— Так, — протянул поэт, копаясь во внутренних карманах камзола. Не найдя нужного, он прошел по комнате, подхватил пару только что принесенных листов и чернильницу с пером. — Не стойте, барон Хок, садитесь. Вчера я получил от герцога письмо, в котором он вкратце рассказал о том, как вы сразились с полчищем оборотней. Ночью, в лесу, один против нескольких сотен озверевших монстров, — он сел на край дивана, поближе к чайному столику, и принялся записывать собственные мысли. — Защищая семью и возлюбленную… М… Это будет шедевр! Определенно…

— Вы хотите написать поэму про меня?

— Про поступок. Достойный настоящего мужчины, — не отрываясь, ответил он. — Вы маг?

— Целитель… Стойте, стойте. Я вас прошу, не надо никаких поэм. Тем более героических. Герцог, наверное, пошутил.

— Не нужно быть таким скромным, — он поднял глаза. — А, вижу у вас это впервые, — догадался он. — Возраст все-таки и… да…

Он быстро зачиркал на листе, поймав какую-то мысль.

— Время, — внезапно оторвавшись от бумаги, сказал он. — Оно стирает воспоминания. Затупляет их, как камень лезвие меча. А слово, записанное на бумаге, оно вечно! Как узнают внуки и правнуки о ваших героических похождениях? Будут ли они гордиться вами, будут ли стремиться стать такими же? Многие нанимают летописцев, пишут скучные мемуары, — с презрением сказал он. — Которые никто не будет читать.

— Заманчивое предложение, но я откажусь…

— Барон Хок, при всем уважении. Разве вас устроит, если я напишу об этом с чьих-то слов?

— Меня устроит, если вы не станете об этом писать вовсе.

— Что вас смущает? Нет, я просто хочу понять.

— Мне не нужна огласка.

— Разочарую вас, — улыбнулся он. — Могу назвать таверну, где всего за пару медяков вам расскажут обо всем, что произошло в поместье в ту ночь. Бесплатно можно послушать на постоялом дворе у рынка, где любят выпивать люди герцога. Оборотни и все что с ними связано, сейчас главная тема всех разговоров и сплетен. Так что, — он развел руками, — скоро об этом будет судачить вся Империя.

— И о чем же говорят в тавернах? — прищурился я.

— Что вы повели в бой демонов и разгромили армию родного брата герцога Блэс, который хотел занять его место. Думаю, речь идет об асверах полудемонах, которых вы наняли в качестве телохранителей. Оборотни же рассказывают, что вы разбили дружину брата герцога, когда спасали невесту, которую выкрал его сын. Говорят, что весь лес на многие километры был усеян трупами оборотней, умерших в страшных мучениях.

Я провел по лицу ладонью. Прав был автор той замечательной книги в библиотеке дедушки. «Хочешь управлять слухами — распространяй их сам». Герцог это понимал. И нет, чтобы сказать все прямо, они решили надо мной подшутить. Думаю, что дороже всего Эрнест Сол брал не за стихи и рифмы, а за распространение нужных слухов по всей империи.

— Пишите, — вздохнул я. — Демонов там никаких не было. Как и асверов. Сын кузена герцога действительно похитил мою невесту. Удачно подгадал к тому времени, когда их семья решит сменить власть в роду. Войско они собрали всего в пару сотен голов. Половина из которых разбежалась, когда вторую я сжег магией.

— А у целителей есть подобные заклинания? — удивился поэт. — Думал, вы можете только лечить?