Читаем Резчик полностью

На кухне, ожидаемо, царил хаос. Прислуга носилась от одной плиты к другой, кто-то громко ругался, требуя, чтобы быстрее разделывали мясо. Мне повезло почти сразу нарваться на старшую по кухне и даже объяснить ей, что я планирую накормить восемь голодных демонов. Та озадачила этим вопросом помощницу и минут за десять мне собрали четыре до кроев полные корзины. Сегодня гостей кормили по большей части мясом и птицей, изредка разбавляя гарниром из хорошо проваренной крупы с морковью и сладким земляным корнем. Мне его выдали в большом медном котелке. А вот выпечка была на особом счету, и мне, сначала, не хотели ее давать вообще. Но тут снова появилась старшая, наорала на помощницу, чтобы та была вежливей с гостями, и разрешила брать сколько угодно, особо рекомендовав пироги с ливером. Как самые вкусные.

В общем, пришлось брать двух помощников, чтобы перенести все к гостевому дому. Вломившись на радостях внутрь, я только собрался крикнуть, чтобы помогли занести…

— Охтыжтвоюмать!

Из темноты гостиной неожиданно выплыло привидение, напугав меня. Подавшись назад, я споткнулся о стойку для обуви и рухнул на пол, больно приложившись затылком о косяк двери.

— Ох…, — я еле сдержался, чтобы не выдать пару грубых ругательств. — Уважаемая сестра Матео…, будь так любезна, не выскакивай из темноты к гостям, — сказал я, потирая шишку на затылке. — Так заикой недолго остаться.

Она невинно приподняла брови, вопросительно посмотрев на меня сверху-вниз. Со стороны двери в комнату раздались сдерживаемые смешки.

— Кто там смеется? — сердито спросил я. — Я тут практически богине душу не отдал, а вы ржете. Лампу, что-ли, повесили бы тут. Не видно же ничего, — я пнул треклятую поставку для обуви.

— Ты второй, — сказала Диана, заходя в комнату. — Кого она напугала. Гера, после ночного дежурства, проснулась час назад.

— Кто додумался дать тебе черное платье тас'хи? — спросил я у Тали.

— Это, чтобы она голой по дому не ходила, — раздался из темноты голос Илины.

— Все, я понял, не продолжай…

Спустя десять минут мы всей компанией собрались за столом в гостиной. Пришлось немного потесниться, но никого не обделили. Я расставил по комнате лампы, чтобы добавить света. По-моему я единственный из присутствующих, кому трапеза в темноте доставляла неудобство. Усадил Тали по левую руку, Илина заняла место справа, нагло подвинув Диану.

— Дамы, — я взял слово, встав с бокалом вина. — У нас нет особого повода…, да и не нужен он. Оборотни гуляют, а чем мы хуже? Так что будем кушать от пуза и пить дорогое вино, пусть по крепости оно больше на компот похоже. Ваше здоровье!

Женщины переглянулись. Луция показала короткий знак пальцами Гере, как бы говоря, что разрешает. Мариз, в свою очередь лично принялась разливать своим.

— Ты как к обычной еде относишься? — Спросил я у Тали. — Чтобы ослабленный организм быстрее набрал сил, надо хорошо и правильно питаться.

Она пожевала губами, скептически глядя на стол.

— Сор, чай заварился? — спросил я. — Налей кружку. Что там, кстати?

— Ничего серьезного, — ответила за нее Илина. — Немного шиповника и облепихи.

— О, это вкусно, попробуй, — я вручил Тали кружку, в которой плавали маленькие золотистые ягодки. — Давай, еще, пирога тебе отрежу. Вот этого. Кстати, ты почему молчишь? Горло болит?

Тали покачала головой, коснувшись пальцем шеи.

— Не восстановилось?

— …., — она закивала, сказав что-то одними губами.

За столом разговоры велись самые обычные, только на языке асверов. Они сначала косились на Тали, но потом немного расслабились. Я пытался вникнуть в разговор Луции и Мариз, но они говорили слишком быстро, чтобы уловить смысл. А еще я отметил, что Луция говорит намного чище. Намерения у нее проскальзывали яркие и четкие. А вот Мариз разговаривала, словно с акцентом. Не замечал раньше подобного.

На вопрос Илины я рассказал, как проходит собрание у оборотней. Упомянул, что вечером они все примут облик волка и толпой пойдут к семейному склепу. Дальше разговор зашел о том, как своих умерших хоронят асверы. Оказалось, у них все происходило тихо и скромно. Семья или близкие друзья, если родных в живых никого не оставалось, сжигали тело. Затем собирались за столом, чтобы почтить его память и спеть прощальную песню.

— Вы поете? — удивился я.

— Берси, — Илина посмотрела на меня как на умалишенного. — Все народы поют. Люди, оборотни, вампиры.

— Но, поющие демоны, это… все, все, я пошутил, прости. Тали, а ты любишь петь? Представить себе поющего Матео я как-то не способен.

Она расплылась в улыбке, обнажив клыки. Зрелище не столько милое, сколько пугающее. Может мне показалось, но сейчас она выглядела несколько лучше, чем утром. Синий цвет вокруг глаз почти полностью исчез, а губы едва заметно налились. Она ткнула себя пальчиком в грудь и кивнула.

— Ага, стоит только вспомнить, — сказал я. — Брат твой идет. Причем с такой скоростью, словно его из катапульты запустили. Нет, Мариз, за оружие хвататься не надо.