Однако при медленном, постепенном нарастании кризиса общество может незаметно для самого себя проскочить «точку невозврата», что, с высокой степенью вероятности, будет означать для него гибель из-за коллективной неадекватности.

С другой стороны, возможны успешные бессознательные действия в условиях кризиса, когда общество преодолевает его последствия путем инстинктивной активности, без коллективного осмысления его причин и извлечения уроков. Именно таким образом Россия, насколько можно понять в настоящее время, преодолела чудовищные по своей разрушительности последствия системного экономического кризиса 1994–1998 годов.

Таким образом, даже грубое столкновение с реальностью в форме кризиса отнюдь не всегда обеспечивает «возврат к адекватности» информатизированного сознания (в том числе коллективного). Масштабные, хаотичные и разнонаправленные процессы формирования сознания размывают для него само понятие реальности.

Это имеет тяжелейшие последствия для управляющих систем, которые лишаются критерия истины в важнейших для себя вопросах, включая собственные интересы. Перейдя от однозначного восприятия среды своего обитания как некоей реально существующей данности к ее размытому восприятию как неопределенного набора вероятностей, управляющие системы, не приспособленные к такому подобию квантовой механики, лишаются не только воли для реализации своих стратегических целей и интересов, но и самой возможности выработки последних.

Утрата определенности мышления есть утрата почвы под ногами любой управляющей структуры. Принципиальный отказ от возможности существования познаваемой управленцем истины и переход к безбрежному оппортунизму в соответствии с формулой «истины нет, есть лишь набор вариантов» означает выживание благодаря безусловной готовности к утрате своей сущности, что, строго говоря, равносильно самой этой утрате.

Физическое выживание ценой этической смерти и утраты способности к самостоятельному целеполаганию неизбежно порождает абсолютный цинизм, лишающий такую управляющую структуру моральной привлекательности и морального авторитета. Отказавшись ради, как выясняется обычно весьма скоро, краткого облегчения своего положения или ложно понятого стремления к объективности, от чувства своей правоты и первичности своих интересов, она безвозвратно теряет возможность убеждать и воодушевлять, которая в условиях информационной революции является необходимым условием управления даже незначительными общественными процессами.

Таким образом, ставшая жертвой процессов «размывания реальности» управляющая структура практически неминуемо теряет свое «я» и, как следствие, лишается самой возможности управлять, погибая как относительно самостоятельный участник общественной жизни, даже когда ей удается сохранить свою организационную структуру и финансовые потоки.

5.4.2. Эффект самопрограммирования

В условиях размывания реальности существенной чертой формирования сознания становится его неизбежно двусторонний, обоюдный характер: формируя чужое сознание, вы тем самым совершенно неминуемо меняете и свое. Создавая «искусственную реальность» для кого-то другого, вы в то же самое время непроизвольно, а часто и незаметно для себя и сами поселяетесь в ней. В этом отношении формирование сознания представляет собой классический пример услуги в экономическом смысле слова, которая в принципе не поддается отделению от своего производителя.

То, что основным объектом воздействия и преобразования со стороны человечества становится само орудие познания — сознание, не просто качественно расширяет мир кантовских «вещей в себе», недоступных для индивидуального познания в каждый отдельно взятый момент. Принципиальное изменение характера труда порождает бесконечность виртуальных представлений, «информационных фантомов», «зеркал», «отражений» реального мира, которые становятся все менее отличимы и отделимы от него. Результатом становится качественное, неправдоподобное с точки зрения здравого смысла и при этом исключительно быстрое расширение и усложнение мира. Его отражения если и не становятся реальностью, то начинают восприниматься людьми как реальность и жить в их сознании вполне самостоятельной жизнью, образуя для каждого из них свой собственный «информационный мир».

В ходе воздействия на чужое сознание и тем более формирования его вы обволакиваете его «информационными фантомами», конструируя для него специфический «информационный мир» и затем поселяя его в этом специально созданном именно для него мире. Для успеха представляется принципиально важным, что этот искусственный мир должен быть более комфортным, привлекательным, понятным и льстящим самолюбию объекта вашего воздействия, чем тот, который складывается вокруг него «на самом деле» — вне вашего воздействия.