Читаем Реванш России полностью

Ведь не стоит забывать, что силовая олигархия эпохи Путина, сменившая коммерческую олигархию времен Ельцина, — «бригада», пришедшая на смену «семье» и частью поглотившая, а частью вытеснившая ее из власти, целиком и полностью вызрела в недрах ельцинской системы.

Отрицая практику 90-х годов по форме и на уровне официальной пропаганды, на деле и силовые олигархи, и сам путинский режим явились вполне гармоничным продолжением и развитием ельцинизма — его воплощением в жизнь, своего рода реинкарнацией в качественно новых, значительно более благоприятных условиях, характеризующихся, прежде всего, значительным притоком в страну нефтедолларов.

Генезис силовой олигархии представляется в настоящее время довольно простым.

В 90-е годы бизнесмены, вплоть до коммерческих олигархов, остро нуждались в силовом обеспечении своих операций — от личной защиты до силовых подразделений для нападений на конкурентов или жертв. Наиболее значимые капиталы в то время создавались без непосредственного применения силы, путем захвата и перепродажи государственной собственности или перераспределения в свою пользу тех или иных финансовых потоков государства, однако общий чудовищный уровень преступности и практическое отсутствие реально действующих законов создавали объективную необходимость в наличии собственных силовых подразделений.

Бизнесмены соревновались друг с другом в переманивании к себе на работу высокоэффективных отставников или действующих сотрудников, однако со временем стало очевидно, что основным капиталом большинства представителей силовых структур является их принадлежность к этим структурам сама по себе. Действительно, переход этих представителей на официальную работу в коммерческие организации резко сокращал их реальные возможности, так как они теряли способность непосредственного использования государственных полномочий в целях своих новых, коммерческих хозяев.

Поэтому основную часть громких примеров перехода высокопоставленных сотрудников силовых структур на работу в коммерческие организации дали сотрудники этих структур, не принявшие распада Советского Союза и, соответственно, новых российских властей во главе с Ельциным. По сути дела, они в массе своей сначала ушли с государственной службы и лишь потом «были подобраны» коммерсантами. Сотрудники силовых структур, не расходившиеся с «демшизой» во взглядах или хотя бы молча терпевшие ее, остались на службе и во многом благодаря этому сделали в 90-е годы отличные карьеры. При этом значительная их часть, оставаясь на государственной службе, в реальности работала на конкретные коммерческие группы и организации, получая за это не только солидное материальное вознаграждение, но и огромную поддержку в ускоренном продвижении по службе.

Первой задачей, решенной этой социальной группой в масштабах всей страны, стала «зачистка» «дикой» организованной преступности, которая, с одной стороны, не была связана с теми или иными группировками коммерческой олигархии, а с другой — создавала для нее реальную опасность.

Да, безусловно, безудержная уличная преступность была ограничена самими лидерами организованной преступности, пекущимися о физической безопасности своего собственного окружения и относительной нормализации экономической жизни, а «крутые отморозки» в значительной степени перестреляли друг друга (что ярко показано в гротескном, но принципиально верном фильме «Жмурки»).

Однако резко ограничены были возможности и самой организованной преступности. После складывания коммерческой олигархии в ходе подготовки и проведения залоговых аукционов организованная преступность и в политике, и в экономике была решительно оттеснена на второй план, бесповоротно и навсегда уступив лидерство и влияние коммерческой олигархии и перестав представлять для нее сколь-нибудь серьезную опасность. Основным инструментом коммерческой олигархии, обеспечившим ей мгновенную победу над организованной преступностью, были целые группы сотрудников российских силовых структур, обслуживающие ее интересы.

Благодаря данной победе (хотя и позиционной) над организованной преступностью эти группы, воодушевленные и существенно повысившие свой материальный уровень и служебный статус, начали осознавать и постепенно реализовывать свои собственные групповые интересы, отличные от интересов коммерческой олигархии.

Это породило, грубо говоря, «поход чекистов к собственности» — установление контроля за теми или иными предприятиями, в то время еще в основном среднего бизнеса, в интересах самих сотрудников спецслужб и их групп, а не в интересах коммерческих олигархов или бизнесменов более низкого уровня. Это изменение носит качественный характер, так как группировки, сложившиеся в рамках силовых структур, именно на этом этапе начали создавать себе свою собственную финансово-экономическую базу, не зависящую от превратностей судьбы и милости тех или иных сторонних фигур. Они сделали решающий, ключевой шаг не просто к коммерческой, но, что значительно более важно, политической самостоятельности.