Читаем Рец де, кардинал. Мемуары полностью

Тверже Рец поступает с посредниками, которых подсылает Кромвель в 1650 г., пытаясь заручиться дружбой коадъютора как человека, много сделавшего для «защиты общественной свободы». Рец уклоняется от этих предложений, убежденный, что поступает «как истинный католик и добрый француз». Позднее, после крушения Фронды, пересекая Испанию, Рец тщательно следит за тем, чтобы не навлечь на себя упреков в нарушении политической лояльности по отношению к Французскому государству. Такой же позиции он придерживается, покинув Италию и скитаясь по Европе. Ему остаются чуждыми помыслы о возможности хотя бы в какой-то мере использовать иностранную интервенцию для удовлетворения своих личных амбиций. Здесь, как уже отмечалось ранее, его поведение расходится с политикой Конде.

Больше же всего Реца — политического мыслителя возвышает над его современниками интуитивное понимание народной массы как действенной, но способной стать очень опасной общественной силы. Рец рано, еще [676] в начале своей церковной карьеры, пришел к этому открытию. Став коадъютором, он с самого же начала поставил целью завоевать в своей епархии популярность среди простых людей — членов буржуазной милиции, торговцев, ремесленников и т. п. (размышляя о народе, Рец подчеркнуто отмежевывается от того его слоя, который можно было бы обозначить термином «деклассированные низы» и который он сам называет словом «чернь» — «la lie du peuple»; знаменательно, в свою очередь, что именно этот слой городского населения и составлял основную опору принца де Конде во время его столкновений с Рецем в ходе второй Фронды, «Фронды принцев»).

В годы Парламентской Фронды это позволяло мятежному коадъютору в какой-то мере целенаправленно организовывать народные выступления при помощи своих эмиссаров и доверенных лиц. Примечательной фигурой среди последних был, например, парижский мясник Ле У, оказавший немало услуг будущему кардиналу. Рец — мастер проникновения в психологию не только индивидов, но и целых коллективов. Мастерство это проявляется у него не только в ретроспективном анализе событий, но и в непосредственных политических действиях. Умение овладевать коллективным сознанием, идет ли речь о Парламенте или о народных массах, сближает в таких случаях Реца-политика с режиссером, умело аранжирующим театральное действие. Достаточно вспомнить в этой связи хотя бы, как хитроумно устанавливает коадъютор порядок выступлений перед Парламентом примкнувших к Фронде вельмож, чтобы убедить высокое собрание отвергнуть докучливые притязания герцога д'Эльбёфа и утвердить командующим мятежными войсками принца де Конти. Не менее тонко понимал Рец и психологию народной массы. Он подчеркивает присущее ей непостоянство, выделяет важную роль, которую играет в ее поведении эмоциональный настрой, умеет в необходимый момент разжечь этот спонтанный душевный подъем и выискивает средства, позволяющие этот подъем поддерживать и не давать ему потухнуть. Вообще из «Мемуаров» Реца можно извлечь целый трактат, обучающий искусству манипулировать народной массой и, в частности, умению воздействовать на толпу.