Читаем Ресторан 06:06:06 полностью

Ким Суа подпрыгнула на кресле как ужаленная. Уже собираясь выйти на лоджию, она услышала звуки набора кода на цифровой панели входной двери. Ким Суа тут же остановилась и вернула кресло на место за столом. Затем она встала на цыпочки, прокралась в маленькую комнату и закрыла дверь. Снаружи послышался звук снимаемой обуви, а затем дверь распахнулась.

– Пришла сюда, зная, что отца дома нет, но увидела, как кто-то вбежал в комнату, и чуть было не решила, что это вор.

Дверь открыла молодая девушка. Любой бы понял, что она дочь Ли Мандо. Казалось, его орлиный нос просто скопировали и вставили в ее лицо. Девушка пристально смотрела на Ким Суа.

– Женщина, это вы – новый ассистент?

Ким Суа не смотрела на девушку. Она планировала максимально избегать общения с людьми из окружения Ли Мандо. Везде могут быть излишне чувствительные люди. Если кто-то запомнит ее манеру речи или поведения, могут возникнуть проблемы.

«Ты должна постараться. У тебя получится».

Ким Суа молча вложила подготовленную статью в альбом. Ли Мандо сказал ей распечатать все материалы о нем и склеить их вместе. Потом, когда статей наберется достаточно, он превратит их в книгу. Такие книги уже выстроились в ряд в одном из углов кабинета Ли Мандо.

– Вы с ног до головы нарядились, как любит отец. Женщина, вы на него охотитесь? – Девушка вошла в комнату и наклонилась к Ким Суа, так что ее круглая тень накрыла женщину.

Ким Суа по-прежнему не поднимала головы. Тень приблизилась, и волосы девушки коснулись ее щеки. А в ушах раздался ее голос:

– Ничего хорошего от сближения с ним вас не ждет, так что прекратите, а?

Тень девушки исчезла.

– Я специально приехала сюда, узнав от редактора, что отца нет дома. Хочу взять немного денег. Женщина, вы ведь не станете ему жаловаться, что я взяла деньги?

– …

– Женщина, вы говорить не умеете? Или не хотите мне отвечать?

– …

– Ну и ладно. В любом случае вам стоит запомнить мои слова.

Девушка вышла из комнаты. Только тогда руки Ким Суа остановились. За дверью раздался громкий звук открывания и закрывания ящика. Ким Суа посмотрела на статью, которую вкладывала в альбом. «У знаменитого сценариста Ли Мандо застой? Презентация новой работы отложена. Заявление студии „Харим“ о судебном разбирательстве из-за нарушения условий контракта». В статье говорилось, что Ли Мандо, используя в качестве оправдания навязанную ему рекламу, уже несколько раз нарушил сроки, указанные в контракте на новое произведение, и в связи с этим выход дорамы, запланированный в первом полугодии следующего года, отложили на неопределенный срок. В то же время Ли Мандо утверждал, что проблема в чрезмерном продакт-плейсменте, которого требовала студия. Также была и статья, содержащая эксклюзивное интервью с Ли Мандо, в котором он говорил, что эту практику, снижающую качество выпускаемого продукта, следует прекратить.

«Ли Мандо: Не следует ли признанным сценаристам искоренить эту порочную практику, чтобы начинающие авторы могли работать в лучших условиях? Вместо того чтобы чрезмерно зависеть от продакт-плейсмента, необходимо построить более диверсифицированную модель прибыли».

Руки скомкали бумагу. Гнев всегда приходил вместе с беспомощностью. В складках бумаги Ким Суа видела свое время. Она видела отчаяние, на которое смотрела вниз с моста, пока мимо нее проносились весна, лето, осень и зима. Сколько же она просидела там, комкая бумагу? Из газетных складок Ким Суа вытянул звук стучащего в окно дождя, похожий на шорох страниц. Вскоре он усилился, словно одновременно смяли сотни листов.

Ким Суа вышла из комнаты. Дождь барабанил в большое окно гостиной, покрывая его разводами воды. Ветер тоже был сильным. Мир за окном кружился из-за дождя и ветра такой силы, что она не удивилась бы, превратись они в тайфун. Ким Суа почувствовала импульсивное желание широко распахнуть окно веранды. Если сделать это, струи дождя хлынут в гостиную. А если будет тайфун, так еще лучше. Как было бы хорошо, если бы ветер и дождь испортили письменный стол, книжные шкафы и все остальное в этом доме.