- От тети Ниночки! Я нарочно мимо твоей стойки не проходила! Чтоб всласть попудрить тебе мозги… Это я еще не особо старалась… Нет, вообще-то по делу: мы сейчас с теть-Ниночкой книжку одну поищем. Называется "Прочитаем "Онегина" вместе" - говорят, для сочинений очень годится…

- И искать нечего: такой нету, - буркнула тетя Нина.

- Так что занимаюсь, видишь? - продолжала Катя в телефон. - Не покладая рук! Да, мать! Ирма пришла? Пусть она мне отложит шоколада с ликером четыре коробки - люди просили. Какие, какие… Разные! Сама я не прикасаюсь к ним… очень-то нужно, тем более - за такую цену… Ну все, пока.

Она положила трубку, и тогда Женя вышел из своего укрытия, стараясь хромать поменьше. Руки, сведенные на рукоятке палки, он держал за спиной.

- Здравствуйте, - сказал он дружелюбно.

- Здрасьте… Вы? Тут? - Катя отчего-то смешалась, глаза отвела и спросила не слишком участливым голосом:

- Ну как, нашли очки?

- Нет. Но это неважно. Извините, я подслушал невольно. Вы все это очень смешно проделали. Я думаю, сама Доронина оценила бы!

- Фэньк ю вери мач! - Катя намеренно козырнула "рязанским" произношением.

- Впрочем, я профан, ни разу не видел ее на сцене. И все равно, знаете, чувство достоверности…

Тут хлопнули одновременно дверь и рама окна, налетел вдруг сквозняк, раскидал по полу газеты и несколько формуляров, сдунув их со стола.

- Эй, "Доронина", окно-то за собой закрывать надо! - вскочила библиотекарша.

Катя и Женя на корточках собирали потревоженную прессу. Заметила ли она, как плохо гнется его нога? Наверно, да - поза-то нелепая…

- А я почему-то решила, что вы не можете отдыхать здесь, что вы или у энергетиков или вообще дикарем…

- Почему же?

- Ну, не из этого вы профсоюза. Что я, актеров не знаю?

Он улыбнулся:

- К искусству имеет отношение моя бабушка, я тут с ней…

- Ясненько…

- А у вас выходной сегодня? Никого спасать не надо?

- Нет, мне в ночь сегодня. Она ж так и называется, эта служба, - "ночной матрос". А два раза в неделю я круглосуточно: у сменщика семейные обстоятельства плохие… А что? Почему интересуетесь?

- Да так… Заметил, что без вашего голоса на пляже скучнее гораздо.

- Это все говорят! А вы бы составили прошение директору этого дома: пускай возьмет меня массовиком-затейником! По совместительству. Или этим… диск-жокеем! Если парочка Народных артистов подпишется да заслуженных несколько - ему деться будет некуда. Я буду вас развлекать с утра до вечера!

Трудно понять: зубоскалила она или огрызалась с какой-то затаенной горечью. Жене показалось второе. Все газеты он сложил вместе - оказалось, неправильно: Катя выхватила у него пачку и рассортировала за семь секунд - "Советскую культуру" отдельно, "Правду" - отдельно, "Ригас балсс" - отдельно.

- А бар уже открыт… Не угостите молочным коктейлем? - Катя изобразила детскую непосредственность, округлив невинно глаза и сунув пальчик в рот.

Но Женю почему-то ничто не коробило в ней, он обрадовался даже:

- Конечно!

4.

Она приканчивала уже второй бокал. Когда коктейля оставалось на донышке, она, прилежно дуя в соломинку, наладила производство больших и малых молочных пузырей.

И успевала между тем интервьюировать Женю:

- А по профессии вы кто?

- Видите ли, - он затруднился, - я ее меняю сейчас, так что ответить непросто…

- А вы попроще: сначала про ту, какая была.

- Я, представьте, окончил философский факультет МГУ…

Видимо, от удивления у Кати лопнул радужный молочный пузырь, повисший на соломинке.

- Философский?! Надо же… Еще ни разу в жизни не встречала живого философа! А не обманываете?

- Ну диплома я с собой не захватил…

Он передал ей бумажную салфетку, указывая на белые брызги от ее пиршества, но Катя сперва стерла каплю с его лацкана.

- А вы скажите что-нибудь такое… философское.

Он усмехнулся.

- Вот, не угодно ли? "Холодное теплеет, теплое холодеет, влажное высыхает, сухое увлажняется".

- Что за мура?

- Это не мура, Катя. Это диалектика Гераклита.

- Открытие! - фыркнула Катя. - Будто я сама не знала, что к ночи просушенное надо снимать, не то опять отсыреет… Я думала, философия учит, как жить…

- Пытается. Ее непременной составной частью является этика, вот она и…

Но их перебили. Соседний столик заняла компания, для которой двое мужчин брали кофе, мороженое и что-то еще. У одного из них было мучительно знакомое актерское лицо, он походил на стареющего мальчика; он-то и окликнул Катю по-свойски:

- Катюха, радость моя! Господа, это наша хозяйка пляжа - не признали? Кать, я очень возбудился от твоей лекции! Особенно когда дошло до непрямого массажа сердца… Я вспомнил: мне ж его прописали врачи! Через день по полчасика. Во избежание сердечной вялости. Только не доверяйте, сказали, случайным рукам - руки должны быть чуткие, прохладные и милосердные. Так когда зайти?

Но она умела обращаться с такими:

- Если всех сердечно вялых массировать - это никаких рук не хватит. Не, Виталий, вы утопните сперва, тогда добро пожаловать.

Актер, валяя дурака, стал сокрушаться: