Читаем ReMind полностью

Да что ты вообще можешь знать о меню в этом заведении, малой? Оно мне никогда не было нужно, потому что все в этом месте ощущалось естественно, а теперь ты разрушил всю идиллию одним своим присутствием, ты, грязный, мелочный, отвратительный… так, ладно, я спокоен. Надо держать себя в руках.

– Один латте и желательно побыстрее, – потребовал я, усаживаясь на свободный стул.

Пока парень принимался немедля исполнять заказ, я поймал себя на мысли, что все мои рассуждения только что где-то затерялись и просто вернуться к ним теперь невообразимо сложно. Смена обстановки занимает все внимание, не выходит из головы. Вкупе с отвратительным общим настроением, это погружает меня в самые темные дебри, которые отдают при этом чем-то очень знакомым. Примерно в таком же настроении я пребывал в тот момент, когда мой сосед по общежитию поставил греться электрочайник и привел к очень трагичным последствиям для очень многих людей и меня в том числе. Не хотелось бы возвращаться к этому вновь, но я уже чувствую, что сейчас кофе, приготовленный этим пареньком, окажется недостаточно сладким или еще что-то в этом духе, и я сорвусь. Поубиваю всех к чертовой матери, и плевать что будет.

– Я меняю заказ, – внезапно произнес я, обращаясь к бармену, стоящему ко мне спиной. – Дай лучше коктейль “Мотылек”, он выглядит интересно.

Мне было слишком лениво тянуться за меню, поэтому я умышленно просканировал мозг замены настоящего владельца кафе и выведал оттуда список возможных напитков. Я знал, что этот поступок, вполне вероятно, еще сильнее ухудшит мое состояние в будущем, и что я рою себе могилу, коллекционируя все больше и больше “умов” в своей голове, но было как-то уже плевать.

– Сию минуту, – пообещал Джейкоб предсказанными мною заранее словами.

* * *

– Понимаешь, Джейк, я убил их. Я прикончил этих бедных копов своими дурацкими действиями. Но я боялся… мне было очень страшно, что из-за них вся моя жизнь скатится в пропасть, потому что в тюрьме… Знаешь что с новенькими делают? А я тебе расскажу. Видел в одном сериале. Они сначала ловят тебя на какой-то глупой мелочи, а потом могут и зубы выбить, чтоб не кусался во время…

Я не помню, сколько уже было выпито бокалов с разнообразными напитками, но как-то очень быстро этот новенький бармен из самого ненавистного мной человека на планете стал весьма приятным и понимающим слушателем, а мир вокруг из загнивающей черной мертвой дыры, разрушающей людские жизни каждую секунду – в прекрасное и разностороннее место, полное всевозможных эмоций и радостей. Почему-то мне показалось, что мой недавний рассказ о “изнасиловании” переписанных студенток в самых откровенных подробностях заставил сидящих недалеко клиентов очень спешно покинуть помещение, однако останавливаться было поздно. Я поведал Джейкобу о многих своих делах, и, что самое удивительное, он не осуждал меня, хоть и старался не встречаться взглядами. Вместо этого он просто все время что-то пытался найти в своем телефоне, и мне показалась неловкой его растерянность.

– Держи, брат, можешь позвонить с моего, если у тебя баланс закончился, – великодушно предложил я, протягивая свой мобильник бармену.

Он не отказался. Не сказал ничего в ответ, но я не обиделся. Стоило немного подождать, пока он поговорит с кем-то и вернется к прослушиванию моих откровений.

– Ты звонишь Джо? – спросил я, подаваясь вперед через барную стойку. – Передавай ему привет от меня. Кстати, у меня даже нет его номера в контактах, это так стыдно. Я очень плохой друг.

Стало грустно. Я не понимал, кому звонит Джейкоб с моего телефона, но внезапно задумался об интересном факте: у меня в телефоне записан лишь один номер, и это номер Клейн. Пожалуй, единственного человека, которого я люблю. Господи, как же сильно я ее люблю! Даже не могу ничего сделать, чтобы выразить это. Как же ужасна моя жизнь.

– Да, спасибо большое, – закончил разговор бармен. Я пропустил большую его часть, думая о своих делах.

Он протянул мне обратно телефон, но тот выскользнул из моих пальцев и стремительно полетел лицом прямо на кафель заведения, издав звук, не сопоставимый с жизнью для такого хрупкого изделия.

– Ну и пошел ты! – крикнул я вслед электронной безделушке, вспоминая новую историю. – Знаешь, он ведь тоже достался мне бесплатно. Я просто подменил воспоминания одного человека и убедил его отдать свой телефон мне, будто он изначально был мой и просто вернулся в руки законного владельца. Вот так легко, да.

И почему так сложно выговаривать эти слова с большим количеством букв? Как вообще язык справляется с этим? Удивительно, никогда раньше не задумывался, но он ведь действительно двигается постоянно во рту, принимая самые разнообразные и странные позы, чтобы получался тот или иной звук. Забавно. Наверное, не очень прилично сейчас будет испытать парочку возможностей, да? Сделаю это потом, когда никто видеть не будет.