Читаем Реликвия полностью

Должен, впрочем, заметить, что евангельские края, столь заманчивые для людей с поэтической жилкой, не идут ни в какое сравнение с нашим засушливым Алентежо; и вообще я бы не сказал, что земли, удостоенные явления того или иного мессии, отличаются особой прелестью или великолепием. Мне не довелось посетить священных мест Индии, где протекала жизнь Будды: не видел я ни холмов Мигадайи, ни рощ Велуваны, ни тихой долины Раджагрии, по которой пробегал взор Совершенного Учителя; не бывал я и в камышовых зарослях, где вспыхнул символический пожар, давший Учителю повод наглядно преподать, что невежество подобно губительному огню, а питается оно ложными впечатлениями бытия, почерпнутыми из обманчивых образов мира. Не пришлось мне побывать и в пещере Хыра, не довелось увидеть священные пустыни между Меккой и Мединой, где столько раз в задумчивости проезжал на медлительном верблюде великий пророк Магомет. Но зато я изъездил вдоль и поперек — от смоковниц Вифании до тихих вод Галилеи — все места, где являлся другой божественный посланец, несший людям любовь и высокую мечту и названный господом нашим Иисусом; и что же я там видел? Сушь, пыль, дичь, запустение и мерзость.

Иерусалим — турецкий город с невзрачными улицами; он прикорнул среди бурых стен и смердит на солнце под унылый перезвон колоколов. Иордан — тощая струйка воды среди бескрайних песков. Куда ему до светлой, приветливой Лимы, которая бежит у нас в Мостейро и омывает корни моих вязов! А ведь эта мирная португальская речка никогда не плескалась о колени мессии… Никогда не бороздили ее вод крылья светозарных ангелов, слетевших во всеоружии с неба на землю, чтобы возвестить новую кару всевышнего!

Однако немало есть любознательных умов, которые желали бы почерпнуть из путевых заметок о святых местах сведения о самых разных предметах — от размера развалин до цен на пиво. Таким людям я рекомендую обратиться к обстоятельному и блестящему труду моего спутника, немца Топсиуса, профессора Боннского университета и действительного члена Имперской академии исторических раскопок. Сочинение его представляет собою семь томовinquarto убористого текста и вышло в Лейпциге под остроумным и многозначительным заглавием: «Обследованный Иерусалим».