Читаем Религия Денег полностью

Царь с семьёй надеялся найти убежище в Англии, ради которой он вверг Россию в эту войну и потерял корону. Временное правительство запросило англичан, на что получило ответ – а теперь-то зачем он нам нужен?

Октябрьская революция

Видя, что Отечество погибает, в октябре 1917 года стрельцы выбрали и поставили нового, толкового царя. Новый царь – Ленин – тоже был из дворян, но он был народным царём.

И стал новый царь Спасителем Отечества. И стрельцы, и крестьяне, и матросы, и рабочие пошли воевать за него и защищать свою землю от иностранных корпораций, которые высадили оккупационные войска по всей ослабевшей России.

И как в борьбе с игом сложилось прежнее дворянство, так в огнях войны с поганой интервенцией сложилось новое дворянство.

* * *

Если ты объявил войну, поставил под ружьё и отправил в окопы миллионы людей, то сам сражайся, а не вздыхай дома с женой и детьми.

Стране не нужен главнокомандующий-мученик. Стране нужен главнокомандующий-победитель.

Нам не нужно златого кумира

Послушаем голоса тех лет – с кем же они сражались. Они боролись не за прибавку к зарплате, они не боролись за сытую роскошную жизнь. Это была не материалистическая, не имущественная борьба, не борьба за собственность.

Это была глубоко религиозная борьба. Это была битва с поганой верой, с силами зла, с идеями насилия, с проклятым идолом золота, которые сжирали Святую Русь.

Мы помним слова песни

А дальше?

* *

* *

* *

* * *

Постепенно в Советском Союзе люди забыли, что это коммунизм и капитализм – это не соревнование в производстве товаров и в уровне материального потребления. Это борьба идей, борьба двух прямо противоположных взглядов на мир.

II.

Ленин и марксизм

Идеи К.Маркса и В.И.Ленина стали в 1917 году чертежами новой России и заложили в общественное сознание главные понятия и главные противоречия на последующие сто лет. Нравится или не нравится нам марксизм, но хорошее знание этих чертежей позволяет гораздо лучше понять, что и почему произошло в истории в дальнейшем.

В предыдущих главах мы подробно рассмотрели теорию Маркса и её внутренние проблемы. При переносе теории марксизма из Европы на русскую действительность были неизбежны существенные корректировки и изменения. Частично они были сделаны В.И.Лениным, частично самой практикой революции.

Рассмотрим основные отличия между мировоззрением Маркса и мировоззрением Ленина.

* * *

Во-первых, после смерти Маркса произошёл качественный скачок в развитии капитализма. При Марксе буржуазия вела отчаянную борьбу с христианством и аристократией. Была сильна конкуренция некрупных, домонополистических производителей между собой. Это действительно делало буржуазию отчасти демократической, в чём-то прогрессивной и улучшающей жизнь части людей в Европе.

К 1870-му году религия денег добила христианство, корпорации превратились в крупные монополии. Возникли Соединённые Корпорации и Орда. Товарное насилие частично сменилось финансовым насилием.

Это была уже совсем другая ситуация. Немонополизированный рынок не всегда плох [512]. Монополизированный рынок – это полная узурпация власти, это автоматическая деградация и, в конечном счёте, это передел монополий военными методами.

В.И.Ленин просуммировал произошедшие качественные изменения и определил признаки империализма как новой стадии капитализма:

1) Концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни;

2) слияние банкового капитала с промышленным и создание, на базе этого «финансового капитала», финансовой олигархии;

3) вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение;

4) образуются международные монополистические союзы капиталистов, делящие мир, и

5) закончен территориальный раздел земли крупнейшими капиталистическими державами.

При капитализме, немыслимо иное основание для раздела сфер влияния, интересов, колоний и пр., кроме как учет силы участников дележа, силы общеэкономической, финансовой, военной и так далее.

Остаётся добавить – и силы криминальной.

К началу XX века от прогрессивности и демократичности буржуазии не осталось и следа.

* * *