Будда был необычайно основательным. Он во всех подробностях описал путь к нирване, восьмеричный путь, которым мы должны следовать. Во-первых, это правильное понимание, которое включает принятие факта страдания, его универсальности и причины возникновения. Во-вторых, это правильное устремление, которое включает доброжелательность и сострадание ко всем живым существам. В-третьих, это правильная речь, которая включает и умение молчать, когда нам нечего сказать. В-четвертых, это правильное действие, которое включает большинство того, что мы бы назвали образом жизни хорошего христианина плюс воздержание от одурманивающих веществ: такое праведное поведение пополняет запас добродетели, или хорошей кармы, без которой наш духовный прогресс невозможен. В-пятых, это правильный образ жизни, что означает заниматься такой работой, на которой можно всегда практиковать правильное действие. В-шестых, это правильное усилие, что означает неустанно практиковать наши моральные, ментальные и духовные упражнения и никогда не падать духом. В-седьмых, это правильная мысль, что означает развивать свое внимание и концентрацию до тех пор, пока мятежный ум не будет полностью под контролем. И, наконец, восьмое — это правильная концентрация, что означает тренировку ума, доведенную до ее предела и завершившуюся просветлением.

Вот вкратце восемь шагов на пути к просветлению и к окончанию страдания. Их последовательность важна: первые создают прочный моральный фундамент, на котором величественное здание буддийской духовности может быть безопасно воздвигнуто.

Буддийская тренировка ума

Первые ступени восьмеричного пути, которые в основном связаны с формированием характера и порядочным поведением, так похожи на христианскую этику, что не нуждаются в дальнейшем комментарии. А о восьмой, или окончательной ступени к просветлению, можно сказать немного: только те, кто на ней находится, знают, каково там на самом деле, и они не находят для описания этого подходящих слов. Именно седьмая ступень, правильное направление мысли, или буддийская тренировка ума, — важнейший шаг на пути — требует объяснения. Какое отношение тренировка ума имеет к религии и какой от нее вообще толк?

Обычно мы вообще не думаем о тренировке ума: мы надеемся, что все как-нибудь само образуется. Мы считаем, что дисциплина, необходимая для выполнения своего долга в жизни, включает всю необходимую тренировку. В результате такого отношения большинство из нас сильно страдает. Мы жертвы наших страхов и ненависти, наших тревог и презрения, наших настроений всех видов. И мы неспособны долго чем-либо заниматься, неспособны по-настоящему концентрироваться на том, что делаем. Зрелые и по-настоящему успешные мужчины и женщины — те, у которых врожденный талант укрощать неспокойный ум. Даже им специальная тренировка принесла бы пользу. Остальные же из нас остро в ней нуждаются.

Давайте проведем небольшой эксперимент. Закройте глаза и наблюдайте за дыханием, считая вдохи и выдохи, не думая вообще ни о чем, не позволяя уму блуждать ни на секунду. До скольких вы можете сосчитать, пока посторонние мысли не начнут прорываться? Если вы можете отсчитать десять вдохов-выдохов без всякого блуждания ума, то вы поистине одаренный человек! Или понаблюдайте за большим пальцем левой руки, которая держит эту книгу, и проверьте, как долго вы можете это делать, пока какой-нибудь посторонний образ или идея не затмит то, что вы видите. Не правда ли, что ваше внимание вышло из-под контроля, что вы раб, а не хозяин своего ума, заполоненного желаниями? Буддисты говорят, что в этом причина всех наших страданий, всей нашей дуккхи.

Наш ум можно приручить. Мы, на Западе, не ожидаем, что за это дело возьмется религия. Большинство христиан, за исключением обитателей некоторых монастырей, не только не одобрили бы специальные упражнения, а отмахнулись бы от них, посчитав их эгоистичными или просто пустой тратой времени. Как же все обстоит иначе на Востоке, где серьезная религия и есть тренировка ума! И из всех восточных религий буддизм больше всех на ней настаивает и разработал в мельчайших подробностях, как это надо делать.

Важность внимания, или осознанности

Сердце буддизма — медитация, а сердце буддийской медитации — осознанность. Осознанность значит ясное и намеренное понимание того, что мы видим, слышим или чувствуем здесь и сейчас, без всяких посторонних мыслей, воспоминаний о прошлом или планов на будущее. Когда вы таким образом смотрите на цветок, вы по-настоящему видите цветок, а не ваши идеи или чувства о нем: вы видите его как он есть — четко, во всей его красочной яркости и всей его красивой форме, не называя его, не сравнивая с чем-либо, без желания сорвать его или поговорить о нем. В результате вы обнаружите свежесть, остроту, красоту, которую, быть может, не замечали с раннего детства.