Читаем Регуляторы полностью

Череп Кэмми начинает раздуваться, он становится похож на шляпку гигантского гриба. Глазницы вытягиваются, превращаясь в щелочки, нос выдается вперед, становясь похожим на хобот с длиннющими ноздрями.

«Да, – думает Джонни, – Одри не ошиблась. Только Сет мог уживаться с Тэком. Сет или кто-то похожий на Сета. Человек необычный. Потому что…»

Закончить эту мысль он не успевает, потому что голова Кэмми Рид лопается, как гнилой арбуз. Горячие ошметки, в которых еще пульсирует жизнь, летят Джонни в лицо.

Крича, на грани безумия, Джонни обеими руками стирает кровавую мерзость. Из далекого далека, как бывает, когда собеседник на другом конце провода опускает телефонную трубку, он слышит крики Стива и Синтии. А потом ослепительный свет наполняет комнату. Джонни поначалу думает, что это еще один взрыв, только беззвучный, который кладет конец их жизням. Но как только его глаза, еще залитые кровью Кэмми, начинают прочищаться, Джонни понимает, что это не взрыв, а солнечный свет, сильный, яркий свет второй половины летнего дня. С востока доносятся раскаты грома, совсем уже и не страшные. Гроза прошла. Она спалила дом Хобартов (в этом Джонни уверен, до него доносится запах пожарища), а потом отправилась дальше в поисках новых жертв. И тут Джонни слышит те самые звуки, которых все они ждали с таким нетерпением: вой сирен. Полиция, пожарные машины, «скорая помощь», возможно, даже Национальная гвардия. Какая разница. На текущий момент сирены Джонни до лампочки.

Гроза прошла.

Джонни думает, что закончилось и время регуляторов.

Он тяжело опускается на стул и смотрит на тела Одри и Сета. Они напоминают ему о бессмысленно погибших в Джонстауне, что в Гайане. Руки Одри все еще обнимают Сета, а его худенькие ручонки обвиваются вокруг ее шеи.

Джонни смахивает со щек кусочки костей, ошметки мозга и плачет.

Из дневника Одри Уайлер: