Читаем Реглан для братвы полностью

Вернее, тупым был сам Подмышкин, выступивший в качестве автора сценария «Героев русского спецназа».

Андрею Никифоровичу задумка понравилась и он согласился частично профинансировать съемку «блокбастера». При условии того, что тот появится на экранах не позднее, чем за год до выборов губернатора…

– А вот там помчаться аква-мотоциклы со спецназовцами! – владелец «Акын-фильма» широко взмахнул рукой, указывая на водную гладь между стрелкой Васильевского острова и Петропавловской крепостью. – Потом – ба-бах! Взрывы, спецэффекты, дым. И тут мы показываем вашего героя – в белом костюме, наблюдающего за этой картиной из окна розового «роллс-ройса»!

– «Роллс-ройс» не надо, – поморщился Лиходей. – Не стоит бесить зрителя.

– Хорошо. Тогда – «кадиллак» или «линкольн», – Подмышкин, сам не представлявший, где взять «роллс-ройс» столь необычного колера, легко пошел на попятную.

– И розовый цвет…, – Андрей Никифорович замялся.

– Розовый – обязательно! – коротышка-продюсер подпрыгнул на месте. – Это подчеркнет чистоту ваших помыслов!

– Ну, если подчеркнет…

– Несомненно! – воскликнул Никодим Авдеевич. – Это мое ноу-хау! А теперь пройдемте к воде, я вам покажу место, с которого ваш герой в финале будет смотреть на праздничный салют…

Вазелиныч проследил взглядом за направившимися к спуску гранитной набережной Подмышкиным и Лиходеем, и повернулся к задумчивому Клюгенштейну.

– Поэт в России больше, чем поэт в Корее, утверждают антропологи, – бархатным голосом сказал диктор «Азии-минус». – В связи с этим предлагаем вам послушать новые стихи постоянного участника нашей вечерней программы «Антимусор-шоу» Васи Кувалды. Итак, встречайте…

Аркадий уменьшил громкость магнитолы и выщелкнул сигарету из пачки.

– Когда с Кугелем, блин, вопрос решим, надо Лиходейчиком заняться, – молвил достопочтенный братан. – Он нам еще должен остался…

– Много? – заинтересовался Паша.

– Им Антифашист * занимался, – Глюк пожал широченными плечами. – Он точную сумму знает. Тонн двести зелени, по-моему. Надо, блин, напомнить. И настоять, чтоб расплатился.

– Само собой, – согласился Молодцов.

"Когда прокурор Санкт-Петербурга

Иван Израилевич Сыдорчук только родился,

он был таким страшненьким, что хирург,

осмотрев извлеченного на свет Божий

младенца Ваню, повернулся к акушерам и сказал:

«Если ЭТО шевельнется – стреляйте!»

Из биографии И.И. Сыдорчука, опубликованной на сайте www.real-bazar.spb.dengi.est.russ

Телефонный звонок «лаборанта Фишмана», назначившего время и примерное место обмена товара на деньги, прозвучал для Кугельмана со товарищи столь же неожиданно, как несколько тысяч лет назад для их далеких предков – приказ фараона выметаться из Египта.

Что творилось на самом деле в те стародавние времена в верховьях Нила, исторические хроники, включая Библию, описывают довольно скупо и противоречиво. Ясно лишь одно: иудейские ростовщики так достали простых египтян и их высокое руководство в лице жрецов и фараона, что последний дал им сутки на сборы и пинком вышвырнул в пустыню. Где племя Соломоново радостно бродило не один десяток лет, видимо, налаживая торговые отношения с бедуинами и подыскивая себе местечко погостеприимнее, чем Каир и его окрестности. Когда помер последний из тех, кто еще помнил исход и причины его возникновения, древние иудеи быстро создали легенду о преследовании себя по национальному признаку, осели где-то на территориях современных Иордании, Сирии и Палестины, и вернулись к любимому промыслу, ссуживая деньги окружавших их гоям и регулярно повышая проценты по кредитам. За что их в дальнейшем также неоднократно били и выгоняли с насиженных мест.

Ибо излишних жадности и борзости не любит никто…

«Фишман» оказался немного умнее, чем рассчитывали генеральный директор «Семисвечника» и его израильские партнеры.

Продавец ядерного устройства не стал назначать окончательное место встречи, а приказал покупателем быть с деньгами в определенной точке, а именно – возле конкретной деревни в Ленинградской области, в определенное время и ждать там звонка по мобильному телефону. Звонок должен был указать приобретателям «Абрикосика» дальнейший маршрут к месту сделки. На подготовку и согласование своих действий «лаборант» отвел Абраму Мульевичу со товарищи четыре часа.

Кугельман чуть не поседел окончательно, дозваниваясь до Пейсикова, Гуревича и Плодожорова.

Сложнее всего оказалось отыскать Захара Сосуновича, так как тот принимал участие в дележке вещей, привезенных с обыска на квартире одного из бизнесменов, отключил свой мобильник и стал доступен лишь за два часа до встречи.