Читаем Реглан для братвы полностью

– Но…, – попытался возразить Мизинчик.

– Никаких «но»! – Рыбаков отрицательно мотнул головой. – Мы договаривались, что сработаем чисто… А ваша инициатива приведет к тому, что мы все окрестности трупами завалим. Мишель, не скалься! – Денис погрозил кулаком заулыбавшемуся Ортопеду. – Помимо столь милых твоему большому и доброму сердцу иудейских трупов, может образоваться некоторое количество покойников из числа местных жителей… Нам это надо?

– Не надо, – согласился Садист.

– Вот видите…

– Ну, блин, а если попрут, как тараканы? – Ортопед попытался отстоять запавшую ему глубоко в душу идею о минировании подходов к месту будущей сделки.

– Кто попрет? – язвительно спросил Рыбаков.

– Жиды…

– Здесь тебе не Израиль, – Денис намеренно поставил ударение на второе "и", – тута жидов в большом количестве не водится… Максимум приедет с десяток обрезанных особей. А их мы и так нейтрализуем. Тебя одного хватит…

– Они с мусорами пытаются договориться, – сообщил Мизинчик, все же пытаясь найти оправдание планам по минированию местности.

– Мы это предполагали, – спокойно отреагировал Рыбаков.

– Ну, это…, – Кузьмичев почесал пятерней в затылке. – Вот мы и решили, блин, подготовиться достойно.

– То есть – проводим операцию под кодовым наименованием «Смерть легавым и пейсатым»? – язвительно осведомился Денис. – Или мы всё же денежку решили срубить?

– Денежку, – печально согласился Ортопед.

– Ну, вот и хорошо, – Рыбаков потер руки. – А захочешь отдохнуть, Мишель, съезди в Палестину. Там как раз заваруха очередная начинается, такие как ты, будут сильно востребованы… Бери Циолковского – и вперед. У него ж там, если память мне не изменяет, дружбаны в "Хамазе *"?

Ортопед обречено кивнул.

Андрей Королев по кличке Циолковский действительно имел обширные связи с ближневосточными террористами. Причем связи эти никак не были связаны с коммерческой деятельностью или поддержкой Циолковским палестинской интифады и иных народноосвободительных движений. Просто Королеву сильно везло на знакомство с бородатыми резкими парнями из боевых ячеек "Мучеников Аль-Аксы *", "Хезболлаха *", "Черного сентября *", и других аналогичных организаций. Будучи в вояжах за границей, Циолковский вечно влипал в истории, то оказываясь втянутым в какую-нибудь антиизраильскую манифестацию, заканчивающуюся непременной дракой с местной полицией, то забредая в арабский кабачок именно в тот момент, когда там собирали самодельную бомбу, то сидючи в одной камере с задержанными по подозрению в подготовке теракта палестинскими или баскскими боевиками.

В Королеве члены террористических организаций почему-то сразу видели родственную душу и проникались большой симпатией к широкоплечему бугаю, даже не пытаясь проверить на «вшивость» своего нового друга.

И Циолковский оправдывал возлагавшиеся на него надежды, голыми руками разбрасывая пяток-другой полицаев, в одиночку переворачивая патрульные машины и самоосвобождаясь из участков методом жесткого прорыва к выходу с параллельным выбиванием дверей других камер.

– Вот с ним и развеешься, – резюмировал Денис. – А нам дело надо делать…

Опоросов попал к «Пилюлькину» лишь после четырех часов томительного ожидания.

Терапевт окинул взглядом долговязого и смурного стража порядка, быстренько заполнил несколько пустующих граф в карточке капитана, расспросил опера о жалобах на здоровье, получил маловразумительные ответы о плохом самочувствии по утрам и участившихся в последнее время ночных кошмарах, в которых Геннадия Андреевича выгоняли из милиции и в принудительном порядке отправляли работать учеником слесаря на Кировский завод, похмыкал, покачал головой, порекомендовал меньше сидеть в душном помещении, а побольше гулять, еще раз, не вставая из-за стола, внимательно осмотрел развалившегося перед ним на стуле Опоросова с ног до головы, порылся в потертой кожаной сумке и извлек из нее три упаковки маленьких разноцветных таблеток.

– Вот эти, синенькие, съедайте по одной перед завтраком и запивайте как можно большим количеством воды. Не меньше двух стаканов, – врач положил на край стола первую упаковку. – Эти, желтенькие, по одной перед обедом и тоже запиваете как можно большим количеством воды. Понятно?

– Понятно, – промычал капитан, покрываясь противным липким потом.

– И эти, красненькие, принимаете по одной перед ужином и тоже запиваете большим количеством воды. Литр осилите?

– Осилю, – просипел Опоросов.

– Ну, вот и славно, – терапевт подвинул таблетки поближе к оперу. – Берите.

– Доктор, у меня что-то серьезное? – обречено спросил капитан.

– У вас обезвоживание организма… Идите и пригласите следующего.

По пятнадцатидюймовому жидкокристаллическому экрану переносного телевизора, стоявшего на откинутом заднем борту бордового внедорожника «Cadillac Escalade», пробежал рисованный зеленый динозаврик с кульком фруктовых конфет в передних лапах. Прозвучала музыкальная заставка, и закадровый голос бодро затараторил рекламный текст: