Читаем Рефлексия чувств полностью

На глаза наворачивались слезы. Боже, ну почему это произошло именно со мной?! Подул сильный ветер, закачал ветки деревьев над головой. Дмитрий и Галя ушли далеко, в глубь парка, а сейчас начнется дождь. Волосы закрывали и липли на лицо, скрывая соленые капли, которые не переставали литься из глаз.

Лана тихо всхлипнула. Сначала я ее не заметила, потому что увлеклась чтением письма и рассматриванием фотографий. Сегодня я впервые увидела эту девушку, а она уже успела прочитать личное и дорогое мне письмо и посмотрела фотографии; но мне было все равно. Прочитала, ну и что с того? Она все равно не понимает, о чем речь. Я краем глаза взглянула на нее: Лана отвернулась, закрыв лицо руками и тихо всхлипывая.

Я снова взглянула на фотографию. Выходит, что это моя семья 11 лет назад. Конечно, девочка с косичками – это я; мужчина с грубыми чертами лица и радостной улыбкой – мой папа; а женщина с густыми, длинными ночными волосами – моя мать.

– Мне очень жаль, – всхлипывая, сказала Лана. Мое сердце заныло; стало очень больно и обидно.

– Не нужно меня жалеть; терпеть не могу, когда жалеют. Легче мне не станет, – ответила я.

– От чего станет легче?

– Единственное, что может спасти в трудную ситуацию – это ты сам. Люди приходят и уходят, а ты всегда одна.

Я сложила письмо, вложила в конверт. Но в нем было что-то еще; эта вещь была чуть тяжелее, чем письмо, но она была чуть меньше. Я достала эту вещь, третий прямоугольник – документ в файле. Внимательно его прочитав, я поняла, что это завещание на квартиру. После удочерения квартира не может перейти по наследству, если нет завещания. Но зачем родители написали завещание, когда мне было пять лет? Впрочем, лучше положить его туда, где не найдет Галя или Дмитрий. Пока что я убрала завещание в конверт, а потом в рюкзак. Если у Гали и вправду раньше было несколько судимостей за мошенничество, лучше это завещание никому не показывать. Я лишь не знала, зачем написано завещание, когда мне было только пять лет; да и наследство я могу получить только после восемнадцати. Здесь есть какая-то история, о которой я не знаю, но обязательно должна узнать.

17

День номер сорок.

Я пишу эту запись в парке, очень тороплюсь, чтобы никто не заметил меня и мои мысли. С неба начали капать небольшие капли дождя. Это было ожидаемо: все утро на небе воевали темные тучи и яркое солнце. К сожалению, победили тучи; они лиловой толпой собрались над Питером, и стало совсем печально. Галя и Дмитрий гуляли где-то в глубине парка, и я решила, что просто пережду дождь здесь. Ветер решил устроить мне сладкую жизнь – он бушевал, качал деревья и раздувал волосы, которые прилипали к лицу. Рисовать не было смысла, мой блокнот сдует вместе со мной. Чтобы укрыться от дождя и ветра, я побежала на детскую площадку и спряталась в игрушечном деревянном домике. Снаружи он выглядел привлекательно: деревянные стены, крыша, покрашенная в небесный цвет; разноцветные ступеньки вели к входу; на крыше красовалась фигурка совы. Внутри домик был исписан и изрисован: номера телефонов, нецензурные слова, сердечки и прочее. Сразу возник вопрос: здесь точно играют дети? И дети ли вообще? Ливень только усилился, но должен был затихнуть через двадцать минут. Я присела на корточки, чтобы ноги не устали за такое время, да и делать было нечего.

Впрочем, меня атмосфера этого домика совсем не смущала; здесь никого не было, как и в самом парке. Словно я осталась совсем одна-одинешенька, на ровне со своими одинокими и стремящимися ввысь чувствами, и эмоциями. Это позволяло мне писать что угодно и сколько угодно, отпуская все ощущения на бумагу.

Я прочитала письмо одиннадцатилетней давности, с такими же фотографиями и завещанием. Это позволило чуть больше знать моем детстве и занятиях: я любила лепить из глины и заниматься бадминтоном. Письмо придало мне больше уверенности в себе и все больше разочарованности в своей судьбе. Но я постараюсь отпустить то, что со мной произошло. Уверена, что скоро я отпущу все события того дня также, как и мысли на этой бежевой бумаге.

Один вопрос мучает меня до сих пор – зачем родители оставили завещание? Мне тогда было пять лет, и родители были достаточно молодые, чтобы писать завещание и наследство для меня. Трагедия произошла спустя одиннадцать лет; все это время родители знали, что квартира достанется мне. Все это время они знали, что в одном маленьком конвертике лежит моя будущая собственность. Конечно, смерть ждет каждого из нас, и никто не знает, когда она выйдет из тени и покажет свою силу. Никто не знает, когда его лучшие дни закончатся. И сделать дополнительный шаг на всякий случай – хорошая идея, но наследство я получаю только после совершеннолетия. Это я вычитала на каком-то сайте, только что поискав в интернете. Но тайну этого письма я никогда не узнаю; да и нужно ли мне это? Стоит задуматься над более важными вещами, чем пустяками: письмами, фотографиями и случайными записями в блокнотах.