Читаем Речной лорд полностью

– Итак, да начнется Великий Совет трехсот первого года от Завоевания Эйгона! – торжественности в голосе десницы хватило бы на десятерых. Прямо сейчас он переживал лучшие часы своей жизни. Он отдавал долг своему близкому другу принцу Рейгару и возводил на престол его сына – именно этой мечтой Джон жил все последние годы. – На ваш суд я предоставляю трех кандидатов: принца Эйгона Таргариена; лорда Драконьего Камня Станниса Баратеона, а так же Томмена Баратеона и его супругу Маргери, урожденную Тирелл.

О живой и здравствующей королеве Серсее все дружно, не сговариваясь, решили не вспоминать. Никому до нее и дела не было, а видеть на престоле – и подавно не хотели.

– Моя дочь и ее муж – законные короли Вестероса, помазанные священным елеем в великой Септе! – выкрикнул Мейс Тирелл. Его полное лицо покраснело от гнева. – Не признавая их титулы, вы нарушаете все законы. Я протестую!

Многочисленные лорды Простора одобрительными криками поддержали своего сюзерена. Леди Оленна пока хранила молчание – она-то понимала, что время главного сражения еще не настало. Первое время собравшиеся будут прощупывать друг друга. Лейтон Хайтауэр, Старец из Староместа, один из самых богатых и влиятельных людей Вестероса, так же осматривался. Его внимательный и пронзительный взгляд скользил по лицам мужчин и женщин.

– Я принципиально не называл королевских титулов, так как никто их взаимно не признает, – спокойно возразил Коннингтон. – Надеюсь, когда все закончится, мы воздадим все положенные почести тому, кто станет истинным королем.

– Не надо лишних слов, лорд Коннингтон, – в середину вышел Станнис. – Томмен – бастард королевы Серсеи и Цареубийцы. У него нет никаких прав. И у его жены, вышедшей за бастарда, они отсутствуют. А то, что принц Эйгон законный Таргариен не так-то просто доказать. Я – истинный и законный король, и тот, кто не признает моих прав, обычный лжец и трус.

Поднялся крик. Большей части собравшихся слова Баратеона не пришлись по душе.

– Почему мы должны верить вашим словам насчет происхождения Томмена и почему должны отрицать законное рождение принца Эйгона? – возразил Эдмар. Он встал и в его сторону сразу же повернулись. – Его валирийская внешность, манеры и те доказательства, что он предоставил, говорят сами за себя.

– Ваши доказательства могут убедить лишь наивных дураков, – смело возразил Мейс.

– Они убедили Золотых Мечей. Уверяю вас, не так-то легко добиться подобного, – поднял руку Стрикленд. – И нас никто и никогда не называл дураками.

– Почему вы пренебрегли всеми клятвами и взяли под стражу королеву Серсею и ее сына Томмена? – в круг вступил и Киван Ланнистер, с плеч которого ниспадал и волочился по земле тяжелый красный плащ. На плечах его удерживали две внушительные золотые застежки, выполненные в виде львиных лап. Кивана поддерживала внушительная свита – сестра Дженна Фрей, хозяин Погибельной крепости Бейнфорт, Крейкхолл, Леффорд и все прочие, кто выжил в минувших войнах. – Вы подняли руку на королеву и предали союзников! О чем после такого с вами можно говорить?

– Мы действовали во благо государства, – парировал Мейс. – Ваша племянница тянула страну в пропасть, а мы пытались спасти всех нас от краха.

– Мы благодарны вам за подобный смелый поступок, – весело одобрил Красный Змей. – Очень удачный ход вы провернули, вот что я хочу сказать.

– Он весьма сильно нам помог, – присоединился Мопатис. Несколько человек, таких как Марк Пайпер, Лин Корбрей и Адар Белмор засмеялись. Жирный Розан покраснел, как мак.

– Нас вполне устраивает, как повернулось дело, – заметил Эстермонт. – Юный Эдрик истинный Баратеон, сын короля Роберта. Именно он должен получить Штормовой Предел. Лорд Станнис едва его не убил, но принц Эйгон обещал ему признание и титул. Значит, мы за него.

Тарт Вечерняя Звезда его поддержал, а вот старый и хитрый лорд Сванн из Каменного Шлема предпочел промолчать. Он вообще отличался осторожностью, граничащей с трусостью. Зато его дом никоим образом не пострадал в минувших войнах.

Послышались взаимные упреки и обвинения. Еще недавно многих собравшихся разделила война. Оставленные ею раны не торопились затягиваться.

– Вы запутались в своих хитростях, – с немалой яростью выкрикнул высокий и статный Алекин Флорент. Выглядел он весьма представительно, и лишь слегка оттопыренные уши несколько портили воинственный образ.

Еще недавно Алекин вынужден был бежать в Старомест и искать помощи у Хайтауэров и собственной сестры Реи, ставшей четвертой женой Старца из Староместа. Но сейчас он явно и откровенно поддерживал Эйгона. А вместе с ним находилась и еще одна его сестра – Мелисса, вдова Красного Охотника Тарли. Деленна, мать Эдрика Шторма, так же происходила из Флорентов. Сейчас она со своим мужем сиром Хосманом Норккроссом, расположились позади родичей.

Вообще, в Просторе различные дома не раз и не два роднились между собой. Их интересы, симпатии и вражда, представляли собой такой противоречивый клубок, разобраться в котором мог не каждый.