Читаем Речной дьявол полностью

Охваченная ужасом, Розалинда словно окоченела; от бешеного биения сердца в висках застучало. Может, ей выпрыгнуть из кабриолета? Но куда бы она тогда направилась – они ехали среди полей и пастбищ, слишком далеко от города, чтобы найти помощь или добраться до него самостоятельно.

Она инстинктивно потянулась за оружием, надеясь, что оно придаст ей смелости и поможет справиться с паникой.

– Перестаньте нервничать, моя милая. – Хэл искоса посмотрел на нее. – Я вас не выдам.

– Нет? Почему? Он пожал плечами:

– Чем дольше железные дороги вас разыскивают, тем глупее выглядят.

Розалинда уставилась на своего спутника, не в силах сразу переварить смысл услышанного. Хэл казался спокойным, как будто ее агрессия не произвела на него никакого впечатления. Впрочем, зная, как речники ненавидят железную дорогу, Розалинда могла допустить, что он говорит правду. Как ни странно, его грубость успокоила ее; а может, причиной тому был низкий, бархатистый тембр его голоса?

После долгого молчания Розалинда нехотя сдалась:

– У вас чересчур хороший нюх, Линдсей. Хэл добродушно усмехнулся:

– Неужели я первый догадался, что вы женщина? Розалинда медленно кивнула. Насколько она знала, ищейки Леннокса по-прежнему наводили справки о Розалинде Скайлер, а не о Фрэнке Карстерсе. Вероятно, только целеустремленность и основательность помогали им постоянно выходить на след, но отнюдь не догадка о ее маскараде.

– Значит, мне выпала счастливая ночь. – бросил на нее чересчур пронзительный взгляд из-под модного котелка, и Розалинда вдруг вспомнила, что он имел лицензию на вождение судов по Миссисипи, где регулярно совершались ночные рейсы. Должно быть, этот человек, словно кошка, видит ночью так же хорошо, как днем.

– Как насчет того, чтобы заехать ко мне и пропустить по стаканчику? – небрежно спросил он. – Может, заодно расскажете какие-нибудь забавные истории о том, как вы вводили ищеек в заблуждение своим костюмом…

Розалинда хранила молчание. Она не могла согласиться на его предложение, и все же ей хотелось провести время с этим мужчиной больше, чем с кем бы то ни было другим.

– Даю слово, что не причиню вам зла, – снова прозвучал в темноте его низкий голос.

За часы, проведенные с Хэлом за карточным столом, Розалинда узнала кое-что о его характере и не имела оснований сомневаться, что он сдержит слово. В конце концов разве не он спас несчастного беспризорного терьера? К тому же ей будет приятно пообщаться с человеком, который знает о ней всю правду. А если случится худшее, то у нее есть оружие и она сумеет дать отпор…

– Ладно. – Розалинда неторопливо кивнула. Это было похоже на вступление в большую игру. Она смотрела прямо перед собой, пытаясь убедить себя, что сумеет выйти из всей этой передряги победителем. Катаясь в экипаже с Дэвидом, она редко теряла разум, но сейчас ее вдруг начали посещать странные мысли. К примеру, что, если положить руку на бедро Линдсея и проверить, такое ли оно твердое, как кажется, или пробежать пальцами по тыльной стороне его ладони, а затем вверх по руке и ощутить различие текстуры кожи и ткани? А еще лучше прижаться в поцелуе к его щеке и уловить ноздрями его запах, потом расстегнуть пуговицы на его рубашке и прильнуть головой к мощной груди, чтобы услышать стук сердца. Уснув в его объятьях, она сможет забыть о страхах и вновь почувствовать себя свободной…

Как же чертовски давно это было, когда она в последний раз находилась в крепких мужских объятиях! Сейчас Розалинда отдала бы все акции тому, кто хотя бы на час огородил ее от тревог.

Съехав с грязной дороги на засыпанную гравием подъездную аллею, коляска остановилась у большого дома, первый этаж которого был обложен известняком. Элегантное здание вполне соответствовало холостяцкому статусу своего хозяина: над изысканно-белым парадным входом с колоннами высился фронтон из бледного известняка, увенчанный огромным веерообразным окном, по обе стороны дома тянулись закрытые белые галереи.

Комфорт и безмятежность дома произвели на Розалинду неизгладимое впечатление; несмотря на внушительный размер, этот дом больше походил на уютное семейное гнездышко, чем на чопорную резиденцию, и Розалинда ничуть бы не удивилась, если бы из дверей навстречу отцу высыпала галдящая орава детей.

Вместо этого из каретного сарая вышел чернокожий мужчина крепкого сложения и приветствовал Линдсея с фамильярностью старого слуги:

– Добрый вечер, сэр.

– Добрый вечер, Сэмюел. – Линдсей спрыгнул с коляски и передал слуге вожжи. Розалинда сошла на землю с другой стороны. Если ей придется бежать отсюда, она сможет взять лошадь в каретном сарае и на ней добраться до города.

– Вы сегодня еще захотите куда-нибудь выехать? – спросил слуга и, скользнув равнодушным взглядом по Розалинде, уставился на хозяина.

В это время в доме тявкнула собака, и Линдсей, прежде чем ответить, прислушался.

– Если мы куда и поедем, то верхом, а не в кабриолете, так что можешь смело отправляться спать.