Читаем Реальные ублюдки полностью

Вняв сигналу, Лодырь встал, чтобы уйти. Блажка положила руку ему на плечо.

– Твое место здесь. Если хочешь.

На лице тертого отразился отказ. Остальные наблюдали молча. Блажка пожалела, что попыталась навязать ему такое решение в данный момент.

– Подумай, – добавила она, избавляя от неловкости обоих. Кочевник, кивнув, ушел.

Оправившись, она посмотрела на братьев.

– Очевидно, что мы становимся сильнее. Что мы выздоравливаем. Это хорошо и очень важно, но нам также нужно обучать сопляков. Это по-прежнему наша обязанность.

Облезлый Змей почесал руку.

– Это проблематично, вождь. Здесь нам негде ездить на свинах, поэтому заниматься с ними будет невозможно. А на стрельбище мы потратим столько стрел, что не сможем их возместить. И без нормальной кузницы мы быстро затупим наши тальвары на занятиях. Вот и чем тут заниматься?

– Чем угодно, кроме этого, – ответила Блажка им всем. – Всем, кроме этого. Учите условные жесты, пока они не будут знать их назубок. Кулачные бои. Бои на ножах. Учите свиные шаги без свинов. Проявите смекалку, нахрен.

Все решительно закивали.

– Неважно, пробудем мы здесь еще день или год, мы покинем Псово ущелье как копыто. Других вариантов я не рассматриваю. Певчий, Колпак, научите нас думать и вести себя как кочевники. Мы не можем позволить себе делать упряжь, а наши арбалеты скоро развалятся нахрен. Нам нужно хорошо за ними ухаживать. И следить за свинами. Они, когда не бегают, становятся ленивыми и вредными, так что придумайте, что с ними делать. Вперед.

Все подскочили, чтобы взяться за работу.

Блажка отправилась искать Синицу.

Эльфийка с тех пор, как спустилась в долину, всех сторонилась. Спала отдельно, ела отдельно, а о том, где она находится, часто никто не знал. Она была совершенно неуловимой. Копыто не придавало этому значения. Те, кто знал ее в Горниле, помнили, какой она была немногословной.

Блажка обнаружила ее на высокой груде обвалившихся камней у западной стены ущелья, не заросшей деревьями. Утренний свет падал косыми лучами, заливая теплом скалы и придавая лицу эльфийки спокойствия и безмятежности.

– Что ж, ты позволила себя найти, – окликнула ее Блажка. – Думай себе дальше, будто ушла от нас.

Синица вдруг шикнула на нее. Не резко, почти нежно, словно хотела убаюкать. Но все равно, это был хренов шик.

Блажка открыла было рот, чтобы возмутиться, но закрыла, а потом открыла вновь. Не отрывая взгляда от неба, Синица приглашающе похлопала ладонью по камням рядом с собой. Со странным ощущением собственной глупости, Блажка огляделась, не наблюдает ли кто за ними, и взобралась на груду. Плоский насест был невелик, и разместиться на нем можно было, лишь прижавшись к эльфийке ребрами. Усевшись, Блажка ощутила неудобство от их близости, затем подобрала колени к груди и обхватила их руками. Тепло было в самом деле приятным, однако, только помассировав руки, Блажка поняла, что замерзла, и теперь отогревалась. Ее стало клонить в сон.

– Прости мою замкнутость, – сказала Синица, как только Блажка начала погружаться в дремоту. – Честно говоря, я не ожидала, что мой народ позволит мне задержаться. Быть здесь… дома, это дурманит. Уль-вундулас почти лишил меня чувства безопасности.

Блажка оторвала рот от сгиба локтя ровно настолько, чтобы спросить:

– Так зачем самовольно идти в изгнание?

– Я должна. Чтобы спасти ребенка, мне нельзя задерживаться тут надолго.

– Откуда… откуда ты знаешь, что у тебя будет по-другому? Не так, как у моей… матери?

На этот раз Синица посмотрела на нее.

– Знаю, потому что некоторые печали слишком велики, чтобы их повторять.

Блажка открыла рот, чтобы поспорить. И на нее снова шикнули.

Свет в каньоне сходил на нет, пока Блажка вела сопляков мыться на пруд. Все шагали слегка через силу, больные и грязные от многократных падений со свинов. Тренировка была утомительная – они сидели на спине неподвижного варвара и намеренно с него падали. Это было далеко от реальных условий, почти все равно что пытаться развить память тела и надеяться, что, когда свин побежит по-настоящему, враг закричит и будет грозить смерть – жизнь удастся спасти. Все потому, что она приказала претендентам выдержать сотню падений. Кроме того, тренировки не давали свинам отвыкнуть от седла и ездоков.

Блажка старалась, чтобы варвары не стали разбалованными. Черт, она старалась, чтобы все копыто не размякло, но было трудно не заметить, что даже самый заброшенный из каньонов Псового ущелья – рай по сравнению с медленно пожирающим всех адом Отрадной. Хорошо вымытая, Блажка сидела на каменистом берегу после тяжелого дня, но даже зная, что с заходом солнца приближается и ужин, не могла полностью свыкнуться с тем соблазнительным удовлетворением, что овладело Синицей.