Читаем Разведчик Линицкий полностью

В первую же военную осень различные добровольные общества, а также дамы-патронессы, в основном жены и дочери высшего чиновничества, буржуазии, офицерши и даже жены купцов начали сбор средств на подарки воинам, организовывали с этой целью вечера, балы, карнавалы, гулянья и прочее. Некоторые женщины создавали артели по пошиву теплых вещей, вязки носков, перчаток, шарфов и т. п. Был брошен клич к населению о сборе теплых вещей, на что горожане откликнулись очень охотно. Много поставлялось индивидуальных посылок с подарками и теплыми вещами.

Туговато приходилось домовладельцам, которые не освобождались от постоя мобилизованных, так как они обязывались обеспечить на некоторое время помещением и обслуживанием какую-то партию призывников. Линицкие от этого постоя освобождались, так как в их домовладении проживал офицер.

Бойко торговали трактиры, чайные и заезжие дворы, где проводили последние часы призывники со своими родными. Владельцы, пользуясь случаем, сумели сбыть много залежалых селедок, колбасы и сыру, баранок, которые не всегда были свежими, но пользовались большим спросом. Пьяных почти не было, но женских слез и истерических криков было в изобилии.

В первые дни войны гимназисты еще не учились, а потому имели очень много свободного времени, чтобы везде побывать и все повидать. Леню Линицкого особенно тянуло на Соборную площадь, где военные комиссии проводили мобилизацию конного состава. В те времена было из чего выбирать. Выводились из барских помещичьих усадеб и частных конных заводов породистые лошади, коней неплохого качества сдавали зажиточные крестьяне.

Армии требовалось очень большое количество лошадей, так как никакой автотяги в те времена не было даже в артиллерии. С первых же дней войны стали печататься официальные бюллетени и телеграммы о ходе военных действий на фронтах. В них больше указывалось о наших победах, о поражении и отступлении вражеских войск с большими потерями в людской силе и технике. В то же время в городе срочно очищались и переоборудовались помещения больниц, некоторых школ и прочих зданий под военные лазареты, как в то время называли госпитали.

Ахтырский полк, в течение двух суток пополнившись запасами, развернувшись по штату военного времени, выбыл на фронт, оставив для формирования маршевых рот штаб будущего 88-го пехотного запасного полка.

Ахтырский гусарский полк считался одним из элитарных в русской кавалерии. В 1812 году ахтырские гусары сражались с наполеоновской армией под Смоленском, Бородино, Вязьмой. Именно этому полку выпала честь открывать парад союзных войск в покоренном Париже. В Ахтырском гусарском полку служил А.А. Алябьев (помните знаменитого алябьевского «Соловья»?). Но, бесспорно, самый известный ахтырский гусар – это многолетний шеф полка Денис Давыдов, командовавший полком с 1814 года. Именно Давыдову принадлежит блестящая идея использования регулярных воинских частей в партизанских действиях. Во главе со знаменитым поэтом-гусаром ахтырцы неожиданно появлялись в глубоком тылу французов, захватывали обозы с провизией и снаряжением, отвлекали на себя внимание противника.

В гимназию вместо ушедшего на фронт Родина, получившего чин подполковника, для преподавания военного дела был назначен подполковник Богатько, оставшийся в штабе запасного полка.

Недолго гуляли молодые выпускники военных училищ и школ прапорщиков. Не дольше чем через один-два месяца они отправлялись с маршевыми ротами на фронты войны. В первые месяцы войны в городе появились прапорщики, досрочно выпущенные из кадрового состава военных училищ, потом приезжали более солидные прапорщики, нередко с университетскими и институтскими значками, из числа вольноопределяющихся запаса и различных льготников. После них состав выпускников менялся уже в худшую сторону – пошли возрастом моложе, а образованием меньше. Количество военных в Ахтырке все прибывало и прибывало. А наскоро сформированные маршевые роты все шли и шли в западном направлении в неведомую даль.

Стал на временный постой и запасный полк. Запасные солдаты, одетые в широкие, нескладные военные шинели или со скатками через плечо, с заплечными мешками, полевыми сумками и неизменными походными лопатками, бессрочными медными котелками. Все было выдано будущим фронтовикам, за исключением оружия, которого уже в 1915 году не хватало. Все эти мужчины в солдатских шинелях шли под командой безусых мальчишек-прапорщиков, рисовавшихся своим положением перед провожающими девицами. В промежутке между игрой духового оркестра запасного полка они заставляли пожилых людей, у которых кошки скребли на сердце, петь нескладные, глупые песни вроде «Соловей, соловей-пташечка-канареечка…» или «Взвейтесь, соколы, орлами»… А запасники не могли ослушаться и тоже пели, а слезы невольно текли по небритым щекам. С боку строя всегда бежали бедно одетые и обутые в лапти жены, отцы, матери, дети, провожая в неизвестность, в никуда иногда единственного кормильца. Провожающие причитали, плача навзрыд.

2.