Я чувствую, что силы уже на исходе, и дальше пропускать через себя такую прорву энергии тайкунов я просто не смогу. Проходит еще секунда, и обостренное восприятие самопроизвольно схлопывается до моих обычных возможностей. Накатывает приступ слабости, причем такой, что я едва успеваю выбрать место за небольшой корягой у самой границы трясины и рухнуть за это ненадежное укрытие. Маскировочная сфера продолжает работать, и мне остается только надеяться, что она справится со своей задачей.

<p>Глава 5</p>

Сознание я не теряю, но не дающая двигаться слабость отпускает мучительно медленно. Судя по всему, несмотря на выход организма из форсированного режима, расход энергии полностью не прекратился. Артефакты продолжают работать, скрывая меня от обнаружения и обеспечивая возможность видеть роботов противника, прикрытых техногенной маскировкой. Собственных энергетических запасов им, похоже, не хватает, и они высасывают силу из меня.

Встать и бежать дальше я не могу, но в этом уже и нет необходимости. Начав активно двигаться, я сделаю только хуже, усложнив артефактам задачу защиты хозяина от обнаружения. Роботы кибов направляются к местам, где были обнаружены и уничтожены фантомы големов. Это неплохо, потому что ко мне ни один из опасных противников не направляется. Есть, правда, очень неприятный нюанс — летающие дроны-разведчики прочесывают всю местность вокруг укрепрайона, и рано или поздно какой-то из них окажется прямо над моим укрытием.

Можно, конечно, попытаться провернуть тот же трюк, который помог нам с сержантом спастись во время похода через Змеиный лес. В тот раз я отправил в разные стороны несколько мощных локационных импульсов с впечатанным в них визуальным образом робота кибов, и одно из таких посланий было принято големом тайкунов. Я даже получил от него отчетливый, но совершенно непонятный ответ, а потом к месту действия явился сам голем и сцепился с роботом кибов в смертельной схватке.

Неплохая мысль, но вряд ли сейчас она приведет к нужному результату. Тогда мы с сержантом находились достаточно далеко от остатков укрепрайонов времен Чужой войны. Для кибов и тайкунов та территория была нейтральной, а сейчас я подобрался практически вплотную к логову кибов. Очень сомнительно, что какая-то из тварей тайкунов рискнет сюда отправиться на мой зов. Для неё это будет означать быструю и практически неизбежную гибель. Судьба фантомов, созданных Гарпуном, это очень наглядно показала. А вот обнаружить себя, активно выплескивая за пределы маскировочной сферы энергию тайкунов, я вполне могу, так что, пожалуй, от подобных авантюр лучше воздержаться.

— Демон, ты можешь перераспределить ресурсы в пользу усиления маскировки?

— Да, хозяин, но тогда вы перестанете видеть часть боевых механизмов кибов.

— Делай. Главное, чтобы они меня не увидели. У нас всё равно нет оружия, способного их уничтожить.

— Как скажете, хозяин.

Демон предупреждал не зря. Часть целей бесследно растворяется в пространстве. Теперь я вижу только ближайшего ко мне робота и пару висящих над деревьями дискообразных дронов, зато скрывающая меня маскировочная сфера ощутимо прибавляет плотности. По крайней мере, так её усиление воспринимается моими глазами.

Силы постепенно возвращаются, однако тратить их я не спешу, продолжая неподвижно лежать за гнилой корягой, практически бессильной хоть как-то помешать сканерам кибов. Впрочем, в такой ситуации даже подобная мелочь может спасти жизнь, как и то, что я сохраняю практически полную неподвижность. Вот только если летающий дрон зависнет прямо надо мной, боюсь даже усиленная маскировка может мне не помочь.

— Демон, ты умеешь создавать фантомы, вроде тех, что спровоцировали кибов на открытие огня и вылазку за пределы укрепрайона?

— Нет, хозяин. На призраках и иллюзиях специализируется школа Ветра. Для этого нужны очень необычные техники управления скрытой силой и особые высокоранговые конструкты. К тому же, как я уже говорил, мой материальный носитель не предназначен для боя.

Несмотря на всё происходящее вокруг, голос демона спокоен и лишен эмоций. На какие-либо чувства и переживания он, похоже, просто неспособен. Иногда, как, например, сейчас, это отчаянно бесит.

— Нельзя подпускать близко летающие дроны, — с трудом сохраняя спокойствие, я пытаюсь подойти к решению проблемы с другой стороны. — Мы можем на них как-то воздействовать?

— Теоретически механизмы кибов можно брать под контроль или превращать в берсерков, но это требует большого расхода скрытой силы.

— Насколько большого?

— Огромного, хозяин. Потенциала вашего источника может не хватить. Контроль я бы даже не рекомендовал пробовать. Превратить шагающий механизм кибов в берсерка тоже вряд ли получится, а вот с летающим диском небольшой шанс есть.

— Что нужно делать? — задавая мысленный вопрос, я продолжаю наблюдать за ближайшим дроном. Расстояние между нами сокращается, и пока меня спасает только то, что разведчик летит не по прямой, а постоянно меняет направление движения, прочесывая сканерами местность.