- Тогда слушайте и запоминайте… Отберите четыре роты самых лучших бойцов… Самых лучших ! – выделил голосом…

- У меня все лучшие ! – Возмутился было вождь, но сник под моим взглядом – сделаем, как скажешь РУССКИЙ…

- Зови меня просто – Командир… Хорошо ? Вождь кивнул…

- Подготовь всех водителей танков, бронемашин, самоходок и автомашин, которые у тебя есть. Их в штурмовые роты не ставить: они пойдут позже… И пилотов вертолетов тоже. Они же у тебя есть – не правда ли вождь ? Хозяин изумленно поднял брови а старший только усмехнулся: и это знает этот странный русский…

Отец вождя, как только родился сын понял простую вещь: сейчас все решают деньги, знания и умения… И первый стал отдавать своих юношей служить в турецкую армию с приказом: стиснуть зубы; терпеть издевательства и побои но выучиться воинским специальностям ! Первым было труднее всего – к последующим попривыкли… Теперь все мужчины племени имели различные воинские специальности – весьма важные для будущей операции…

Когда я обьяснил – что и как мы будем делать, вождь вскочил:

- То, что ты предлагаешь – невозможно ! – запальчиво выкрикнул он.

- Зря я потратил на тебя свое время – с сожалением вздохнул я, встав – собирайтесь – мы уходим ! – обернулся к моим бойцам, не менее потрясенным, чем вождь. Тот сразу стал извиняться – погорячился.

- Или ты молча выполняешь то, что я тебе говорю, или все делай сам ! Мне не нужна болтовня и эмоции – мне нужен результат ! Вождь закивал, оправдываясь чисто по-армейски:

- Виноват. Больше не повторится. Командир… Поверим на слово…

План мой был незамысловат и прост: чем сложнее, тем хуже – всплывают разные побочные не учтенные факторы. Первый на очереди – парашютно-десантный полк… Запускать против них моих стажеров – верх идиотизма. Так что придется мне и Химе поднапрячься – чтобы не терять хватки и умения со сноровкой. Цинично – несомненно, но, увы – это реалии жизни… Так что на нас – охрана периметра расположения полка: дозоры, пулеметные гнезда и секреты вокруг расположения. Не так уж и много, но и не мало… Дальше – проникновение в расположение и акция против командира полка и начальника штаба… Затем – танковый батальон. Там всего рота парашютистов на весь батальон… Потом – дивизион самоходок… И везде – на начальном этапе: мы с Химерой. Ох и разгуляется девочка: ей подобная акция только в удовольствие, чего нельзя сказать обо мне… Последним - вертолетный полк: там вообще – тишь да гладь… Вот там и запущу стажеров тройкой – пусть поработают, а я с Химочкой подстрахую… А главная работа для них – в столице и окрестностях…

Два часа ночи… Только что сменился караул… Заступившие на пост еще спят – внимание рассредоточено; сон уходит из сознания, уступая место бодрости… Удар из ниоткуда отрывает голову пулеметчику, а второй – перебивает гортань второму номеру… А на патруль обрушивается другая тихая смерть: удары ножом полосуют горло, превращая рвущийся крик в негромкое бульканье и хрип. Три удара – три трупа… И так по всему периметру расположения полка… В командирской палатке безвучно умирают адьютанты и офицеры: командир полка и начальник штаба. Неясная темная тень немного повозилась в штабной палатке и исчезла. А на спящий полк обрушился Нар эс Самум ! Он шел от палатки к палатке совершенно бесшумно и в каждой, после него оставались высохшие мумии в армейском нижнем белье…

Глава десятая

Дочь своего отца…

Я поднес рацию ко рту и в ночной тишине прозвучало зловеще:

- Один дробь один. Вариант ноль. Добавочный – один.

- Ноль один: вариант ноль, добавочный ноль – принято – прошипела негромко рация, взятая у вождя. Это значит, что рота захвата, с ротой сопровождения и ротой водителей из ближайшего места сосредоточения, расположенного в впадине между холмами, рванула в лагерь парашютистов: впереди – штурмовая рота… Лагерь встретил атакующую роту мрачным, зловещим безмолвием. Перерезанные горла часовых и оторванные могучими ударами головы – вот первое, что смогли увидеть суровые бойцы в лунном свете, падающем серебристым потоком с небес. И высохшие трупы парашютистов. В постелях… Много трупов. Очень много ! У бойцов волосы вставали дыбом при виде подобного, но старший - бледный от увиденного, командовал хриплым голосом: