Нависла тяжелая прохлада, а воздух словно бы сгустился. Проклятый тяжело вдохнул его, почувствовал слабый аромат магии. Но вот эту магию невозможно было поглотить, как того ни хотелось. Она была словно бы мертвой и не отвечала на призыв. Но зато у него появилось время. Пока дракон не реагировал, он, зажав рану оставшейся рукой, принялся отращивать себе лапу. И у него это получалось, только не так, как этого хотелось; конечность вытягивалась и надувалась мышцами и кожей. Она была совершенно лысой; еще ее покрывали складки грубой кожи и неравномерные роговые выступы. Но это было не важно.

Когда выступили длинные и кривые костяные когти, появился шанс взять реванш.

Мохнатый подловил момент и прыгнул. Но неудачно — дракон опустил голову и раскрыл пасть. Из ее глубин вырвался столб густого жидкого огня, и, приземлившись, пришлось броситься в сторону, чтобы не попасть под раздачу. Зато не повезло полю пшеницы; пламя коснулось его и начало быстро распространяться по всей своей площади кучерявыми клубами огня и дыма.

Затормозив ударом длинных когтей лысой лапы по земле, Проклятый на четвереньках бросился по касательной к дракону, постоянно лавируя, чтобы не подставить себя под огонь. Избежал удара хвостом, перепрыгнув через него и чудом избежав угрозы от шипов на нем. Приземлился и, перекувыркнувшись, снова прыгнул, на сей раз целясь в бок, в более-менее уязвимое место под крылом и за передней лапой.

Практически полностью пропустив атаку столбом жидкого огня и отделавшись подпаленной шкурой на голове и плече, Проклятый впился когтями в тело дракона и принялся высасывать его магическую плоть. Как вдруг кувырком отлепился от него и приземлился на траву, легко избежал очередной участи быть раздавленным толстой ногой.

— Дрейк! — послышался надрывный женский голос, казалось бы, со стороны дома.

Но дракон отреагировал ровно противоположно: выпустил дым из ноздрей и отвернул голову в другую сторону.

Голос явно принадлежал той белокурой девчонке, жившей в единственном среди этих полей доме. Мохнатый навострил уши и замотал головой, в поисках ее. Двухэтажный дом справа от него мрачно и безжизненно стоял, а его крыша и прилегающая к ней стена звонко полыхали в левом углу и щедро коптили темное небо. Как вдруг зверь заметил, как что-то пронеслось мимо него от горевших полей по траве, прям к дракону. Он ударил своей новой лапой наугад, и почувствовал, что не промахнулся. Но это что-то словно бы ускользнуло от него, рассыпалось вничто. Из-за того, что он частично потерял видимость из-за последней атаки огнем и бушующего кругом пожара и дыма, он так и не понял, что это было.

Впрочем, это не имело ни капли важности.

Он резко развернулся к дракону и приготовился к новой атаке. Чувство победы начало опьянять его. Сладко послушная магия в его крови, бурлящая новой, доселе неведомой силой, сводила с ума, заставляла рвать и метать, хищно поглощать, лишь бы ее стало больше.

С полубезумным хохотом Проклятый усилил магией зрение, опустился на четвереньки и бросился к дракону. Одним резвым прыжком присосался к его шее и вонзился в нее зубами, принялся грызть мягкое нутро, невзирая на ее высокую температуру. Что-то атаковало его снаружи, и он это почувствовал. Взмахом новой лапы он рассеял направленный на него магический удар, но поплатился расторопностью — дракон схватил его и поднял перед собой. Дыхнул на него горячим дымом из ноздрей.

Мохнатый вонзился зубами в покрытые чешуей пальцы и принялся отрывать куски, обнажая мягкую, пульсирующую желтым плоть, похожую на масло. Но прежде, чем дракон раскрыл пасть и с ревом поглотил его, он увидел что-то внизу. И это заставило его отвлечься.

Среди травы у задних ног дракона вдруг зашевелилась некая неопределенной формы фигура. Частично ее закрывало сложенное крыло, и было трудно понять, что это такое. Словно заметив на себе ненужное внимание, от фигуры вдруг отделился вспышкой яркий свет. Он резко расширился в белую полусферу, впустил в себя. Внутри ее мягкой и теплой субстанции магия принялась таять и исчезать, как и ощущение себя и своего тела. Пока вместе с ней не исчезло все.

16. Тяжелые обстоятельства

Найра тяжело открыла глаза и замычала. Ее голова была готова вот-вот расколоться на части. То ли от неожиданного удара по затылку, то ли из-за реакции магии на погоду, то из-за всего вместе. Она перевернулась на бок и кое-как встала на четвереньки, положила руку на сидение стула и кое-как поднялась сама.

Ее сильно шатало.

Со стороны широкого окна слева раздались тяжелые хлопки грома — Найра почувствовала, как к горлу стали поступать волнообразные приливы тошноты. Она прикрыла рот тыльной стороной ладони и тяжело задышала, тем самым успокаивая их. Прислонилась спиной к стене рядом со стулом, чувствуя, что вот-вот завалится снова.

Под почерневшим потолком в левом углу вдруг закучерявился черный дым. Почувствовался едкий запах дыма. И тут, Найра вдруг поняла, что слышала ужасный звериный рев.

— Дрейк! — на одном дыхании выкрикнула она, но имя сорвалось с ее высохших губ довольно слабо.