– Кейса и Сардос призвали Малека и Эмрали вернуться ко своим дворам, – после некоторой паузы неохотно сказала леди Харрсинг.

Раздался плеск воды, когда Эрида пошевелилась, меняя положение тела. Она остро ощущала на себе внимательные взгляды, пока обдумывала возникшую ситуацию. Если королевства Сардос и Кейса отозвали своих послов от двора Эриды, значит, что-то было не так. Возможно, ей грозила опасность.

Однако Эрида Галландская не боялась ни одного королевства, ни одной армии в этом мире. Раздался еще один всплеск – в этот раз она пожала плечами, всем своим видом показывая равнодушие.

– Хорошо, – сказала она и жестом велела Харрсинг продолжать.

Та кивнула.

– В город прибыло множество других знатных лиц, чтобы присутствовать на коронации.

Аскал и правда был более многолюдным, чем обычно, и дело не только в приезде галлийской знати. В столицу стекались и простые люди из деревень, желающие отдать почести своей королеве и поднять за ее победу бокал с бесплатным элем или вином. И это не говоря о том, что к Аскалу приближались делегации из Мадренции, Тириота и Сискарии. Им всем предстояло наблюдать за тем, как восходит на трон новая королева.

– Есть новости о Кониджине?

Имя кузена-предателя оставило во рту Эриды кислый привкус.

Фрейлины едва ли не замерли на месте, и только служанки продолжили протирать мочалками руки Эриды от плеч до ногтей.

Харрсинг тяжело вздохнула и сердито ударила тростью по полу.

– О нем ничего не слышно с тех пор, как он потерпел неудачу в Мадренции.

От Эриды не укрылось то, с какой осторожностью Харрсинг подбирает слова. «Потерпел неудачу» – очень осторожное описание попытки захвата власти.

– Я навела справки, но получила очень мало информации. Полагаю, сейчас он на другом берегу Долгого моря. Пытается найти убежище, – продолжила Белла.

– Кузен поставил свою собственную жизнь и будущее на то, чтобы захватить трон. Он не сдастся так легко.

Фрейлины опустили глаза. Их руки дрожали.

Эрида едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Ей совершенно не хотелось возиться с перепуганными детьми. Но в жилах придворных дам текла благородная кровь – все они были дочерями королей и высокопоставленных лордов. Их страх не был выгоден никому.

«Звери представляют наибольшую опасность, когда они напуганы», – пронеслось у Эриды в голове.

Она обвела взглядом фрейлин. Среди них были дочери и жены влиятельных мужчин, желающие обрести власть, став ближе к королеве. Все до единой шпионили за ней.

Эрида чувствовала себя актрисой на уличной сцене, которой надо было развлечь толпу. Она призвала все свои умения управлять выражением лица и голосом, приобретенные путем длительных тренировок.

– Мы хотим построить великую империю, сердцем которой станет Галланд, – сказала Эрида, лучась искренностью. Она знала, что служанки тоже слушают: их движения стали медленными, словно они боялись помешать ее речи. – Я хочу, чтобы в Варде царил мир и все его народы процветали.

«Я войду в историю как самая прекрасная королева. Победоносная, щедрая, величественная, святая. И любимая народом», – подумала Эрида. Она уже могла проследить, как все будет развиваться дальше: сплетни расползутся по дворцу, городу, по домам благородных семей и обычных людей по всему Варду.

– Я хочу возродить величие и славу. Сделать земли Варда достойными наших богов. – Ее слова не были ложью. Эрида чувствовала их правдивый, соблазнительный привкус. Затаившееся на краю сознания красное существо светилось от гордости. – И я пойду на любые жертвы, чтобы этот прекрасный мир стал реальностью. Ради нас всех.

– Разумеется, Ваше Величество, – отозвалась Харрсинг, и ее голос расколол тишину. – Лорд Кониджин понесет наказание за свое предательство.

Приняв помощь служанки, Эрида вылезла из ванны. Другая девушка накинула ей на плечи нагретый у огня халат.

– Мы разберемся с ним, – сказала королева. По ее пепельно-каштановым прядям заскользили гребни, раскачивая ее взад и вперед. – Я должна отсечь голову змея прежде, чем его яд успеет распространиться.

«Не исключено, что это уже случилось, – подумала она. – Наверняка у Кониджина есть союзники при дворе – люди, которые посадили бы его на трон, будь у них такая возможность. Надо выкорчевать их из моего дворца».

Ее первую коронацию омрачила тень смерти. Эрида подозревала, что вторую ожидает схожая участь.

<p>Глава 11</p><p>Чтобы их души были вместе</p><p>– Корэйн —</p>

Одна ночь в Сиранделе превратилась в две, в три, а потом и в целую неделю. Корэйн старалась вести счет дням, не позволяя им слиться воедино. Но среди деревьев и залитых солнцем полян Каслвуда время текло иначе. Корэйн убеждала себя, что передышка необходима. Древним нужно было время, чтобы собрать воинов из удаленных уголков леса. А Корэйн – залечить некоторые из своих ран. Синяки на коже исчезли. Царапины и ожоги побледнели.

Но воспоминания оставались при ней. И ранили душу так, что уже не исцелиться.