Вырвавшись из оцепенения, правительница Айоны взревела словно демон, когда нож Чарли вонзился в ту часть бедра, которая находилась между двумя пластинами доспехов. Эндри отпрыгнул в сторону, а Изибель, схватившись за ногу, повалилась на землю.

Время как будто перестало существовать. Словно все происходило во сне.

Эндри наступил сапогом на запястье Изибель, заставив ее выпустить меч. Затем ударом ноги отбросил древний клинок в заросли роз. На землю обрушился дождь из шипов и лепестков.

На другом конце сада Веретенный клинок разрезал воздух в нескольких дюймах от головы Ронина. Слепому магу удалось вовремя уклониться от удара. Он пригнулся ровно в тот момент, когда Корэйн, издав отчаянный боевой вопль, бросилась на него. Он скрючил пальцы, метнувшись в сторону, и Корэйн оказалась прямо перед Таристаном.

Их мечи столкнулись друг с другом, рассыпая снопы искр.

Пока они сражались, Сораса оставила Дома и, вскочив на ноги, запрыгнула Изибель на спину, словно паук. Древняя, по-прежнему лежавшая на земле, поджав под себя раненую ногу, яростно зашипела. Сораса сжала ногами шею правительницы Айоны, грозя задушить ее.

Клинок Корэйн снова ударился о меч Таристана. Краем глаза Эндри заметил, что Чарли занял место Сорасы и теперь прижимал лоскут ткани к ране Дома.

Оруженосец повернулся к магу, в одной руке сжимая меч, а в другой – боевой топор.

Весы пришли в равновесие.

По крайней мере, на это мгновение.

<p>Глава 44</p><p>Безымянный</p><p>– Корэйн —</p>

Корэйн видела мерцание Веретена даже после того, как повернулась к нему спиной. Оно пронзало ее кожу, словно игла, и взывало к ней голосом, похожим на непрекращающийся гул ветра. На его фоне раздавался шипящий шепот Того, Кто Ждет, который оплетал ее разум.

– Бесконечные миры ждут тебя, Корэйн ан-Амарат. Перепутье всех дорог, центр любой карты. Все это станет твоим, стоит тебе только заявить о своих правах.

Меч Таристана столкнулся с ее клинком, и от силы этого удара у нее задрожали руки. Однако Таристан больше не был Веретенным монстром, которого она помнила. Неуязвимость и чрезмерная сила, полученные в дар от короля демонов, исчезли. Теперь он, как никогда, походил на простого смертного. И свидетельством его слабости служили каждый синяк, каждый шрам на коже.

Дядя кружился перед ней в смертельном танце, и от каждого удара его меча ее жизнь висела на волоске.

– Исполни свою судьбу, Корэйн, – прошептал демон у нее в голове.

– Моя судьба принадлежит лишь мне, – выкрикнула она, повернувшись к Таристану боком, чтобы ее доспехи отразили скользящий удар его меча. Тело помнило все, чему она научилась за время тренировок. Оно было готово повторить каждый шаг и каждое движение клинка.

Таристан нахмурился, не отступая ни на шаг. Когда он попытался ногой повалить Корэйн на землю, она едва успела уклониться.

Кружась в смертельном поединке, Корэйн краем глаза заметила, что Сораса сражается с Изибель. Она по-прежнему сдавливала горло Древней ногами, которые были самой сильной частью ее тела. Однако Изибель потребовалось всего несколько секунд, чтобы прийти в чувства и сбросить с себя убийцу-амхара. Сораса покатилась по увитой стеблями роз земле, но уже через мгновение она снова стояла на ногах и сжимала в руке кинжал.

Эндри повезло больше: он сражался со слепым магом. Битва шла на равных, несмотря на то что Ронин обладал неземной силой. Но каким бы могущественным он ни был, его скрюченные пальцы промахивались мимо цели. Его мощное заклинание пролетело в нескольких дюймах от лица Эндри и прожгло дыру в розовых зарослях.

– Ты проиграла, Корэйн.

Она обернулась на голос Таристана, в последний момент ускользнув от удара его меча. Он смотрел на нее мрачным взглядом. Его мантия была изорвана, и из-под нее виднелись кожаные доспехи.

Корэйн увидела его таким, каким он был задолго до того, как королева Галланда соединила его судьбу со своей. Одиноким бродягой. Смертным, который с рождения не обладал ничем – и в то же время всем.

– Этот мир падет, – мрачно продолжил он. Корэйн думала, что он будет злорадствовать, но его лицо оставалось бесчувственным, словно камень.

– И ты падешь вместе с ним, – ответила Корэйн и удобнее перехватила меч. Шипы на наручах, плотно облегавших ее руки, блестели, как острие Веретенного клинка. – Разве ты этого еще не понял?

Таристан лениво взмахнул мечом, как будто хотел поддразнить Корэйн. Как бы усердно она ни постигала искусство боя в течение последних нескольких месяцев, ее навыки не шли ни в какое сравнение с умениями дяди, который провел всю свою долгую жизнь на дне мира. Таристан пробился через защиту Корэйн и ударил ее плечом по груди, повалив на землю.

Он посмотрел на нее сверху вниз, скорчив лицо в гримасе.

– Лучше быть победителем и стоять по правую руку от бога, чем умереть безымянным и забытым.

Его меч стремительно полетел вниз, словно вспышка молнии.