Читаем Разрушитель миров полностью

– Немногие из нас хотят воспользоваться этой возможностью, Гарион, – сказала она, приподнимая руку в знак прощания.

Толпа поглотила его целиком.

«Я никогда не выведу с одежды этот запах», – вяло думала она, оставляя за спиной провонявшую мочой таверну. Мешок с вещами болтался на ее боку; на правом бедре висел меч, а на левом – свернутый кнут, надежно скрытые старым дорожным плащом. Сегодня он источал странный запах: от него несло солью, скотом и садовыми фруктами, но больше всего – сырой рыбой. Сораса скучала по тем дням, когда она могла рассчитывать на маленькую, тихую и чистую комнату в цитадели, где ей составляли компанию прохладные каменные стены, высокое окно и многовековая тишина. Здесь все было иначе.

«Это к лучшему, – думала она. – Нет щита надежнее, чем разногласия».

Улицы были забиты моряками, купцами, попрошайками и путешественниками. В такой толпе не удавалось двигаться быстро. Топот копыт и громогласное мычание удваивали обычный хаос. В соседних странах начался сезон продажи скота, поэтому рыночные площадки вокруг порта были переделаны в загоны, в которых сейчас находились тысячи фыркающих, болтающих головами потных быков и коров, за которыми сюда съезжались покупатели из всех государств Долгого моря.

Она представила, как в богатом районе на холме охранники и дозорные до сих пор рыскают по улицам в поисках убийцы, проверяя каждого мужчину или мальчика, которые туда забредают.

Она улыбнулась и откинула капюшон, явив миру прическу из четырех переплетенных черных кос. По ее позвоночнику поползли мурашки – она не привыкла разгуливать по улицам, не пряча лица, – но все же она наслаждалась тем, как солнечные лучи ласкают ей кожу.

И тут, уже второй раз за день, кто-то схватил ее за плечо.

Она снова пригнулась и попыталась вывернуться, ожидая увидеть Гариона, придурковатого моряка или проницательного стражника. Но она не смогла вырваться из хватки мужчины: не помогли ни отработанный прием, ни прицельный удар в живот. Его плоть казалась твердой как камень, и дело было не в доспехах или кольчуге. Нападавший возвышался над ней, превосходя ее ростом в два раза. Его осанка и движения выдавали умелого бойца.

Ты однозначно не Гарион.

Сораса отреагировала так, как ее учили. Ее правая рука метнулась к застежке плаща, а левая – к поясному мешочку. Два стремительных движения – и плащ слетел с ее плеч, а под ногами начал клубиться едкий синий дым.

Закрыв глаза и задержав дыхание, она бросилась вниз по улице. Оставшийся позади нападавший отчаянно кашлял, сжимая в руке ее плащ.

Он выкрикнул что-то на незнакомом ей языке – а таковых было немного.

Ее сердце забилось быстрее, а к лицу прилила кровь. У нее было несколько козырей в рукаве: отточенные инстинкты и знание города, которое она приобрела за несколько дней, готовясь к выполнению контракта. Перед ее мысленным взглядом развернулась карта Билскоса, и она бросилась в переулок, отходивший в сторону от главного порта, а через несколько мгновений резко повернула на соседнюю шумную улицу. Сораса следила за своим дыханием, подстраивая его под ритм бега. Убедившись, что путь свободен, и оценив свою скорость, она рискнула обернуться назад.

На секунду ей показалось, что ее преследует вырвавшийся из загона бык.

Вслед за бегущим мужчиной вздымалось облако пыли и липкого синего дыма. Преследователь несся за ней, размахивая руками; за его спиной, словно знамя, развевалась темно-зеленая мантия. Золотистые волосы незнакомца сверкали на солнце. Он явно не был ни дозорным, ни стражником. Даже издали она могла сказать это наверняка.

В списке людей, которых боялась Сораса, появилась еще одна строка.

Она неслась сквозь толпу; мужчины и женщины отпрыгивали в стороны, но она все же сбила с ног нескольких человек. Ее правый кулак, столкнувшийся с животом незнакомца, пульсировал от боли. Сораса обернулась еще раз, и по ее позвоночнику пробежал холодок ужаса. Несмотря на фору и бешеную скорость, с которой она бежала, расстояние между ними сокращалось.

В ее голове зародилось подозрение. Впервые за все время, что она провела в Билскосе, по ее шее скатилась капля пота.

«Рассматривай это как предостережение», – сказал Гарион. Это был первый раскат грома, предвестник бури.

А что, если ее преследователь был разящей молнией? Быть может, он гнался за ней, чтобы привести в исполнение последнее наказание, которое подготовил для нее лорд Меркьюри?

Этому не бывать.

Сораса снова развернулась и ловко юркнула в другой переулок, облюбованный менее респектабельными торговцами, которые продавали украденные вещи вперемешку с ненужным хламом. Она уклонялась от преград, словно танцовщица, перепрыгивая через корзины с наполовину сгнившими фруктами, пробиваясь сквозь свисающие отрезы ткани и огибая торговавшихся мужчин и женщин. Рыночный хаос смыкался за ее спиной как ни в чем не бывало, не потревоженный ее стремительным, искусным бегом. Сораса надеялась, что если толпа и не замедлит ее преследователя, то хотя бы поможет ей скрыться от его глаз.

Ни того ни другого не произошло.