Читаем Разрушитель полностью

— Это двери без охраны, скрытые и закрытые запорными заклинаниями. — Еле сдерживаюсь от гогота, представив себе «запорное заклинание». — Еще и выгода по времени получится, надо всего-то вон ту вершину перейти.

Как оказалось, «всего-то» в понятии Регвара — это полный дневной переход без остановок на еду и отдых. Остановились, только когда солнце зашло.

— Переночуем в этой пещерке. — Гном указывал, скорее, на небольшую выбоину в скале, накрытую козырьком гранитного навеса. — Двери ночью не открываются.

— Что-то холодно для ночевки. — Мы находились на высоте примерно трех тысяч, и ночь обещала быть не жаркой. А у меня нет теплой одежды. Не то чтобы это волновало, спал и при минус ста на льду, но соответствовать образу надо.

— Градусов до пяти температура ночью опустится точно. — Он что по бороде это определяет? С каким видом дварф ее разглядывал перед озвучиванием вердикта, будто сводку метеоспутника изучал. — Ничего, огонь нас согреет.

— Как-то не могу найти дров. — Мой сарказм уместен. Деревьев в радиусе ближайших километров пяти не наблюдалось.

— Вы поднебники тупые! — В этом не было оскорбления или унижения. Я уже понял, что Стальное Брюхо не ругается, он так всегда разговаривает. — Это ж надо! Чтобы подгорник вышел на склоны без запасов.

Из заплечного ранца гнома появляется массивный сверток. То, что я ожидал в нем увидеть дрова, это, конечно, моя ошибка. Откуда под землей леса? Дварф достал несколько черных брусков правильной формы, весом по килограмму каждый.

— Минеральный прессованный уголь, а не дрова. Греет лучше, горит дольше, место занимает мало, уяснил, людь? — «Людь»? Тьфу, это он меня так человеком назвал. Угораздило же наткнуться на простоватого гнома; говор Регвара и его манера общения уже притомили. Все время пути он болтал без умолку, причем всего на две темы: о пиве и том, как он ковал свой бердыш. Десять часов монолога без остановки и ни разу не повторился. Ему бы чуть пообразованней быть, дабы речь подправить, и готовый сказитель получится.

— Разжечь уголь растопка нужна, — блеснул эрудицией.

— Ну ты хоть и хороший в разговоре. — Это он меня за то, что стойко его слушал не перебивая? — Но глупы-ы-ый! Я же сказал «минеральный», тута добавки специальные!

Оправдывая эти слова, бруски занялись от первой искры. Да, здесь не только добавки, на каждом угольном кирпиче был обозначен «знак огня». Рунная магия в действии.

— А что добавляете из минералов? — Ой! Ничему меня жизнь не учит, полночи пришлось внимать речам словоохотливого жителя подгорного царства. Тот, видимо, сел на «любимый конек», за несколько часов я узнал столько, что мог на эту тему прочесть лекцию даже Джэду.

Уголь и правда давал много тепла, только цвет огня был непривычный, более голубой, чем от дерева. К тому же у Регвара оказалось с собой запасное одеяло из овечьей шерсти. Борода не обманула гнома, и ближе к утру температура упала совсем близко к нулю градусов. Мой внутренний термометр в условиях разреженного воздуха гор еще не адаптировался и выдавал большую погрешность.

Закутавшись в теплую шерсть, под мерное посапывание спящего дварфа анализировал сложившуюся ситуацию. Больше всего меня волновал один вопрос. Зачем я так упорно иду на восток в Графства? Понятно, что назревает какая-то большая заваруха. Гномы вот закрылись, вампирам потребовался живой ти-рекс. Наверно, есть еще много мне не известного, что указывает на возможность большой войны. Кто может быть инициатором? Точно не ушастые, слишком удивлен был Еарн моим рассказом. Империи? Насколько знаю, предпосылок нет, генералы, конечно, скучают, но правители ведут четкую политику, направленную на устранение внутренних проблем государств, а не на внешнюю агрессию.

Кто остается? Орки, вампы, дроу. Про первых сказать ничего не могу, просто не знаю. Но станут ли закрываться подгорные двери? Орки угрожают только Раасту, Древний хребет от них далеко. А вот с темными другой разговор. Те всегда мечтали заполучить часть гномьего царства себе. Но опять же, скорее всего от конфликта с давним врагом подгорники не стали бы уклоняться, много крови меж ними и дроу. Наоборот, рекой бы текли наемники по горным трактам. Клыкастые же никогда не нападали на гномов, нечего им делить друг с другом.

Видимо, что-то более глобальное намечается. И я склонен думать о возобновлении «Темного Альянса». А это означает, что Хиорту придется не сладко. А там под шумок могут и южане ударить, выгода будет перевешивать любые договоры и пакты. От такого не зазорно спрятаться в самую глубокую нору. Угораздило же меня появиться в Большом мире в преддверии четвертой мировой войны. И вполне возможно, что мои изыскания нарушат какой-либо план графов. Хотя, может быть, это плод моего больного воображения и все гораздо проще и добрее.

— Просыпайся, лежебока, сейчас солнце выглянет! — Сколько бодрости, и не скажешь, что до трех ночи языком молол.

— Сейчас! — Ну вот, только удобно пристроился на камнях, и уже подъем.

— Сходи за северный выступ, там в двадцати шагах за ним ручей, умойся.