Читаем Разрушитель полностью

Тебе предстоит еще многому в жизни учиться, юный Оль, например, держать язык за зубами. Знающему человеку такая оговорка скажет о многом. К примеру, о том, что рядом — тренировочная база рейджеров. Поселений, деревень, городов везде много, а места подготовки военных принято хранить в секрете. Хотя чего опасаться, он на своей территории и уверен, что полностью контролирует ситуацию. Ему повезло, я не собираюсь разубеждать, а будь на моем месте кто-то иной?

Наблюдать, даже краем глаза, за эльфами любопытно. Ларт не сильно жаловал эту расу своим вниманием, называл их скучными. По первому впечатлению реального общения он ошибался. Как странно они одеты. Основу составляет огромный плащ-хамелеон, почти полностью скрывающий тело. Но они не кутаются в него специально, получается само собой, при каждом движении плащ пытается «потянуться» за хозяином. Художники привыкли изображать зеленых в эдаких трико, мне же скрытая накидкой амуниция больше напомнила цельный обтягивающий комбез, поверх которого одета очень знакомая по преджизни разгрузка, забитая разными фенечками. Все это дополнял широкий плетеный ремень. Стоп! Ничего себе! Это не ремень! Шагающий слева нагнулся поправить что-то, и я смог рассмотреть подробнее. Это свернутый вокруг пояса многодуговый короткий лук. Видел я поясные сабли, но поясной лук, оригинально. А я-то был в недоумении, не заметив у рейджеров этого атрибута, как-то цепко впитались стереотипы: если эльф, то обязательно с луком и никак иначе. Кстати, вообще не вижу иного оружия. Неужели их отправляют на патрулирование, хоть и безопасных берегов, не дав даже меча? Мои «хашти» они даже не попытались отобрать, не могут безоружные быть настолько самоуверенны.

— А что вы будете делать, если я попытаюсь убежать? — Мне правда интересно.

— Не убежишь, лес не пустит. — Трава ноги оплетет или что-то подобное, иного я не ожидал.

— А если откажусь идти и окажу сопротивление, — ненароком поглаживаю рукояти мечей, — расстреляете пленника из луков?

— Нам вполне хватит этого.

Плащ соскальзывает с правой руки. Запястье первого луча оплетает необычная лиана, боевой браслет, наверняка по самую завязку напичканный различной магией. Вот оно как, но может, старшие эльфы и правы. Острая сталь имеет свою магию, внушая владельцу ложное чувство силы и самоуверенности, что может привести к нежелательным последствиям. Людям бы такую разумность, вздыхаю. Но этого объяснения мне мало.

— А если бы я оказался магом, — подмигиваю, отпуская «хашти» и всем видом показывая миролюбие.

— То мы бы вызвали подкрепление, определять, кто маг, мы умеем. — Ему лет восемьдесят, а такой наивный! Хотя, наверно, им и положено было вызывать группу захвата после обнаружения чужака. Но хочется же побыть героем, отличиться даже такой мелочью. На южном берегу Новой Амазонки скучно и ничего не происходит, а тут хоть какое-то приключение.

Всегда считал, что эльфийская сельва просто кишит различными животными. Но ничего крупного на глаза не попадалось, пара игольчатых да несколько зайцев. Наш путь перегородила живая изгородь высотой в полтора человеческих роста. Интересно, что это за кустарник, я с интересом разглядывал огромные колючки крючкообразной формы. Зацепишься за такую, и тебе помогут только ножницы. Протягиваю руку, прочные ли?

— Не трогай, они ядовиты, — одергивают меня.

А что я ожидал? Это явно защитное сооружение, по своей эффективности значительно превосходящее частокол. Тот можно разбить тараном, а тут ветви просто пропустят удар в себя, запутав живых. Да и лестницу на такое не поставишь. Поджечь? Что-то мне подсказывало, не горит это растение, хоть нефтью облей. Ушастые умеют выращивать то, что им надо, с заданными свойствами.

Вход в лагерь не закрыт никакими воротами, впрочем, тех нет вообще; наверно, в случае опасности проход закрывается на каких-то иных принципах. Стражи нет, на меня бросают любопытные взгляды, но никакого ажиотажа не наблюдается. О моем пленении тут уже как-то извещены.

А поселение не маленькое, не менее полуроты зеленых, и это только те, кого я вижу прямо сейчас. Эльфийские города выглядят величественно и по-иному, тут же царила военная простота. Никаких домов и прочих строений, только пышнокронные деревья заменяют навесы, а мягкий мох под ними — постель. Есть даже подобие плаца в центре. И тут они верны себе, топтать «драгоценную» флору не собирались, центральная площадка была цельной каменной плитой. Возможно, и лагерь специально оборудовали здесь из-за этой вышедшей на поверхность скальной породы.